Книга Я не царь. Книга #24, страница 106 – Сириус Дрейк

Последние слова прозвучали в нескольких десятках метров от меня. Тело стало практически неподвижным и лишь большими усилиями я смог просто передвигать ногами. Генерала же прижало к земле.

И только Есенин мог спокойно ходить.

— Лора…

— Анализ данных. Этот туман. Он воздействует на все тело. Ты словно на глубине в пару километров. Давление на твое тело колоссально.

Между тем Есенин достал из кармана какую-то склянку с жидкостью.

Я отдал приказ Любавке и Кицуне действовать, но как только они ворвались в зал, их так же окутала дымка.

— Снять ограничения на пропускную способность. Лора, всю энергию в детальку Болванчика. Быстро!

Она не стала спорить. Он моего импровизированного костюма отделилась одна деталька и медленно поплыла к Есенину.

Князь же подошел к Маше и наклонился.

— Быстрее!

Что бы он ни хотел сделать с этой склянкой, надо это предотвратить и быстро, ибо энергия расходовалась в огромном количестве.

Генерал хаоса находилась сбоку. Дункан ближе всего к Маше, но и она не двигалась.

Если я смогу как-то скинуть это заклинание, то…

Болванчик подлетел поближе к Есенину, но тот повернулся и схватил детальку ладонью.

— Это не сработает, Миша. Не сейчас, — его голос был уверенным, но глаза источали грусть.

— Сейчас! — произнес я и Болванчик взорвался у него в руках.

Энергии было достаточно, чтобы обычного человека испарило. Но я решил пойти на уловку и постепенно повышать уровень.

— Я же сказал… — начал Есенин и понял, что энергия только увеличивается и сильнее сжал детальку в руке, пытаясь подавить новый взрыв.

Все возможные резервы были направлены в маленькую детальку моего питомца. И в какой-то момент князю ничего не оставалось, кроме как развеять заклинание и сосредоточиться на Болванчике.

Вот только он не остановился и второй рукой со склянкой тянулся к Маше.

— Я… не могу… двигаться… — упав на колени, сквозь зубы прорычал я, сплевывая кровь. Мне тоже надо сосредоточиться и вливать последние капли энергии в Болванчика.

Тут уж была битва на истощение!

И все же энергия и действие протоколов у меня закончились первыми.

Есенин дернулся и поспешил к Маше. Его и самого вело. Он только что потратил огромное количество силы и на заклинание, и на подавление взрыва.

И когда он, шатаясь, практически задел мою супругу склянкой, его руку перехватила Дункан.

— Нет! НЕТ! — воскликнул князь. — Что ты сделала⁈

В месте, где они держались за руки, появилось красное свечение. Айседора закричала и я увидел, как какой-то полупрозрачный силуэт вылез из ее тела и втянулся в склянку.

Рядом со мной появились Кицуня и Любавка.

Пока около моей Маши происходило что-то непонятное, генерал хаоса издал какой-то скрипучий крик, от которого мои перепонки чудом уцелели.

— Этого не должно было случиться!

После чего он хлопнул в ладоши. Появился блуждающий алтарь и генерал исчез.

Дункан же упала на колени, а Есенин отошел на пару шагов, смотря на склянку в его руке.

Та окрасилась в ярко-красный цвет.

— Как… — пробубнил он, наклонившись к Дункан.

Я уже подумал, что он хочет ее убить, но нет. На его лице было замешательство.

— Ася, откуда в тебе вторая душа?

Но девушка не ответила. Она закатила глаза и упала в обморок.

Есенин же продолжал смотреть удивленными глазами на склянку.

— Что это… — произнес я.