Книга Я уже граф. Книга #7, страница 75 – Сириус Дрейк

Теперь до меня дошло, что стычка на лестнице была чистой воды постанова. Он специально поддался. И я разозлился. Он не принял меня всерьез!

Тут показали лицо Маши крупным планом.

По губам я прочитал: «Женя, СТОП!»

Однако если нормальный человек тут же остановился бы, Фанеров решил вырубить Свету. И молниеносным движением он выбил у нее почву из-под ног.

— Однако! — удивилась Лора, — Я ставила на Нахимову!

— Эх, ставил на эту красотку! — схватился и Овчинников за голову.

* * *

Метеорит для полуфиналистов.

— Женя, кретин! Ты что наделал? — рассвирепела Маша. — Я не просила ее вырубать! Зачем ты пришел вообще!

Фанеров, осознав свою оплошность, быстро скукожился и спустился к ней с опущенной головой.

— Прости, я хотел, как лучше…

Он достал из кармана сферу и протянул Маше.

— Я нес ее тебе…

— Пошел вон! — прошипела Маша.

— Но я хотел как лучше! — он поднял на нее глаза полные слез. — Для тебя, чтобы ты прошла в финал!

— Я СКАЗАЛА — ПОШЕЛ ВОН!

Фанеров выронил сферу и, рыдая как девчонка и смешно махая руками, убежал в лес.

— Марк Трубецкой взял сферу! — прогремел на всю округу голос Белозерова.

Маша посмотрела наверх. Трубецкой достал у Светы шар и лучезарно улыбнулся.

— Ну вот мы и порешили! — ловко подкинув сферу, сказал Марк. — Довольна?

— Пошел в жопу! — огрызнулась она, склоняясь над Светой. — Пошли, пока я не положила тебя следом. Бери Виолетту.

— Так за ней сейчас придут, — развел руками Трубецкой.

— Я сказала, возьми!

Марк решил не спорить и подхватил Виолетту. Так они и вышли из метеорита с друзьями на руках.

* * *

Наш автобус подъехал как раз в тот момент, когда Свету и Виолетту загружали в автомобили.

Казалось бы, радуйся, но Маша была вся на иголках.

Я вышел из автобуса, чтобы ее первым поздравить. Увидев мое довольное лицо, она немного оттаяла. Когда я ее обнял, Кутузова была еще напряжена.

Как говориться, даже самое паршивое настроение можно исправить обнимашками. И это подействовало. Еще больше обнимашек, и она окончательно расслабилась.

— Поздравляю! — поцеловал я ее в щеку.

— Ты что, раньше всех вышел? — прошептала Маша на ухо.

— Ага, через пол часа от начала.

Тут уже я получил от нее в ответ поцелуй, чем поразил остальных зрителей в автобусе.

— Поздравляю, но не искренне, — прошел мимо меня Трубецкой.

Еще не хватало обмениваться с ним любезностями. Ну хоть побыл с девчонками, и на том спасибо.

— Видел, что со Светой случилось?

Маша негодовала. Мы сели на заднее сиденье и продолжили наблюдать.

— Ага.

— Фанеров, вообще голову потерял, — сжав кулаки, сказала она.

— Маша… Кто он? — решил я сразу спросить ее в лоб.

Она замялась и попыталась сослаться на то, что ей надо бы позвонить папе, но я быстро пресек ее попытку съехать с темы.

— Я же тебе рассказывала, он учился со мной с детства! — начала Маша старую шарманку.

— Ты понимаешь, про что я. Он аномально сильный для своего ранга.

— Не могу сказать… — она опустила взгляд. — Но я тебе клянусь, придет время, и я все расскажу, или отец.

— Сергей Михайлович тоже в курсе?

— Пожалуйста, не надо больше вопросов про Фанерова.

— Хорошо, прости, — погладил я ее по голове.

В целом, мне было плевать на Фанерова, его историю и прошлое, но тот факт, что он почему-то предан Маше как пес, меня крайне волновало. Ну и конечно, я очень хотел бы с ним сразиться.