Книга Я почти граф. Книга #6, страница 73 – Сириус Дрейк

— Уж потрудись, — сказал Леня.

— Сейчас место главы музыкантов вакантно, и занять его проще простого, так как остались только мы и Рояль, — пояснил Емельян Сергеевич и поймал на себе странный взгляд Скрипача. — Ты расслабься, я не претендую на это место! — поднял он руки. — Мне надо оставаться в тени. Внимание мне ни к чему.

Его собеседник расслабился, откинулся на спинку кожаного кресла и взял новый бутерброд.

— И как это провернуть? У меня сейчас вообще нет никаких идей! — махнул он рукой. — В городе дохрена аристократов! Сильных! Да чего я тебе объясняю⁈ Тут Есенины! Кузнецов, который, на минуточку, убил нашего босса и опять же в одиночку! А Дирижер был ахренеть какой сильный и влиятельный тип!

— А разве я говорил о силовом захвате?

— Тогда слушаю…

* * *

КИИМ.

Утро

Выспавшись, мы с ребятами умылись и позавтракали. В столовке уже все обсуждали шум в прессе насчет новых правил Универсиады. Газеты окрестили решение комиссии безалаберностью и попустительством. Заботой не о жизни будущих истребителей, а погоней за зрелищностью. Настоящее предназначение Универсиады, давно забыто, — так гласили заголовки газет.

Родители некоторых участников старались прорваться к руководству, прямыми или косвенными путями пытаясь повлиять на решение. Кто-то угрожал связями, кто-то членовредительством, но на все претензии отвечали гробовым молчанием и какими-то бумажками, скрепленными магией.

— Какая глупость этот договор! — сказала Лора. — Ученикам просто достаточно не убивать друг друга.

С ней я был согласен. Вот только вряд ли кто-то остановится. Святоши, судя по всему, так и продолжат вырезать оппонентов. Пойти против Церкви мало кто мог. Их влияние тут просто колоссально.

Встретив Ермакову, я уговорил ее уделить мне немного времени. Она посмотрела на часы. До начала поединков еще оставалось время.

— Пошли, — вздохнула она. Судя по всему, Наталья Геннадьевна поняла, что разговор будет серьезным.

Мы зашли к ней в кабинет. Она закрыла дверь и повернула какой-то неприметный переключатель.

— Ого, — удивилась Лора. — А тут просто неприступная крепость!

— Разве, в институте нет глушилок в стенах?

— Есть, только она их умножила на два. Хрен кто к нам попадет.

Ермакова прошла за стол и жестом пригласила меня присесть.

— Слушаю, Кузнецов.

— Нет, Наталья Геннадьевна, это я бы хотел вас послушать. Почему такое происходит? — без лишних сюсюканий спросил я.

— Миша, только не сейчас… — она опять тяжело вздохнула. — Слишком много нюансов. Слишком все запутано. Я далеко не все имею право рассказывать!

— Что, простите, Наталья Геннадьевна? — не выдержал я, подойдя к ее столу. — Вы установили такие правила и не хотите ничего объяснять? Вы отправили нас на убой!

— Миша, сядь, — она показала на стул.

— Я хочу остановить это и удивляюсь, почему никто из верхушки КИИМа не встал на защиту своих студентов? Почему директор смолчал?

— Сядь! — требовательнее сказала она.

— Миша, энергия начала расходоваться, — напомнила Лора, что нужно держать себя в руках.

Я вздохнул. Помощница прогнала энергию по каналам, чтобы успокоить меня. Сев в кресло, я посмотрел на Ермакову.

— Что происходит, Наталья Геннадьевна? Как это остановить?

— Никак.

— Почему остальные члены совета согласились на такой бред?