Книга Это кто переродился? Книга 5. Финал, страница 3 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

Я закатил глаза.

— И вот однажды этот негодяй влюбился. В женщину. Похитил ее и унес к себе в Башню. Там Он долгие годы терзал ее, пока не был убит странствующим рыцарем по имени Олаф. Так закончилась старая эпоха и началась новая — эпоха порталов, магии и всех тех проблем, что мы имеем.

— Замечательно… — протянул я. — И что ты хочешь этим сказать?

Лаврентий помолчал.

— Эту историю знает каждый школьник, не важно верит Он в нее или же нет. Мне же с младых ногтей было непонятно — если этот монстр так страшен, отчего в книгах есть сведения лишь об одной женщине, которая от Него пострадала? О нашей Королеве, и больше ни о ком?..

Я заинтересованно приподнял бровь. Он что, пьян, раз несет такую «ересь»?

— И еще… — покосился Лаврентий на окно, где становилось так ярко, что глаза начинали слезиться. Поскрипывая, поезд двигался уже с черепашьей скоростью. — Почему Он зло, если именно Он сохранял хрупкое равновесие между мирами? Почему зло Он, а не тот кто Его убил и стал причиной всех наших вековых невзгод?..

Он замолчал. Рядом с поездом появился длинный перрон.

— И что случится, если Он решит вернуться из небытия? — говорил он, словно самому себе. — Как все те тени прошлого, которые приносило сюда ветром Рока? Захочет ли Он вновь вернуть себе Башню? Или просто будет злорадствовать и спокойно смотреть, как мир все больше и больше поглощает хаос?

До самой остановки мы не произнесли ни единого слова.

И вот Лаврентий поднялся. Я встал вместе с ним. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза. Дернувшись, поезд наконец встал, и в тамбуре открылись двери. Лаврентий однако и не думал выходить. Стоял и смотрел мне в глаза.

— Обухов, возможно, я псих. Сунувшись в Орду, без нормального плана, оружия и подготовки, а лишь с одной горячей головой, я совершил самую главную ошибку в жизни — собрался спасти женщину, которая мне небезразлична. Всех этих людей, которые сейчас выходят с ящиками на перрон, я, по сути, привел на верную смерть.

Я кивнул.

— Очень самокритично.

— Выйдя из этого состава, мы окажемся окружены врагами, — продолжал Лаврентий. — Самыми страшными из тех, с которыми нам приходилось сталкиваться. В случае поражения мы все до одного либо погибнем, либо присоединимся к Кировой, но ни в какие шелка нас одевать не станут. Если победим, то страшно посрамим Орду, а то и больше…

Он помолчал.

— Я не верю, что ты приехал сюда ради малознакомой тебе женщины. Скорее всего, тебя интересует что-то еще, и, кажется, — он сжал кулак, где все еще находилась моя монетка, — я знаю, что это.

— Лаврентий…

В окнах уже появились остальные «Безликие». Во стороны вокзала двигались люди. Много людей.

— Выйдя из поезда, — продолжил Инквизитор, — я хочу быть уверен, что рядом со мной человек, которому я могу доверять. Поэтому…

И он приблизился. Теперь мы стояли нос к носу.

— Ответь — ты мне друг. Или враг? Только получив честный ответ, я выпущу тебя из этого чертового поезда.

* * *

У собора.

Народу и правда собралось много — сплошная толпа людей окружала здоровенный златоглавый собор. Охрана сплошным кольцом окружала все подступы к месту долгожданного бракосочетания. Собравшиеся тут же разразились радостными криками, стоило только королевски кортежу показаться на улице. В воздух полетели шары, грохнули салют, а фотокамеры защелкали еще на подходах.