Книга Это кто переродился? Книга 3, страница 109 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

К счастью, Мастер сдержался. Уж это-то точно было бы глупо. Учитывая бинты на ее лице, а оно, он был просто уверен, было когда-то красивым.

— Возможно… — выдохнул Мастер. — Но тем не менее, пока жива вся эта сволочь, пьющая кровь «хамов», как они величают простой народ, мне спокойно жить невозможно.

— Роберт…

— Хватит на сегодня, — и Мастер ушел в подсобку.

Ему очень хотелось найти Фриду, но ее отчего-то нигде не было. С Марго они пересеклись на кухне. Она попыталась поймать его за руку, но он не дался.

— Ужинай и ложись спать, — бросил Мастер, снова направляясь в зал.

— … Я помогу тебе убраться.

— Нет, я сам уберусь. Ты сегодня и так целый день с веником бегаешь.

Ее взгляда он избегал — знал, что стоит только посмотреть в ее глаза, как он снова остановиться. Закрыв за собой дверь, Мастер снова вышел в зал, чтобы убрать бритвы, как увидел клиента.

— Мы уже закрыты, — сказал он, выключив телевизор. — Приходите завтра.

Но этот парень не сделал и шага прочь. Молодой, черноволосый красавец, пусть и не очень высокий. Глаза у него были ярко-зеленого цвета.

Мастер нахмурился. Он таких ненавидел.

— Мне нужно побриться. Срочно. Я вас не задержу, — и он оставил перед мастером деньги. Целую пачку.

Только увидвев этот широкий жест, Мастер чуть не сломал бритву. Такие жесты он ненавидел еще больше, ибо они были характерны для всех этих наглых аристократишек, что каждый день врывались в его заведение как к себе домой.

Кресло скрипнуло под ним, и парень выжидательно посмотрел на парикмахера. Тот вздохнул и, прикрыв дверь в подсобку, набросил на него салфетку. Ему очень повезет, если он прикусит язык, а то Мастера уже трясло перерезать это тонкое горлышко.

Увы, стоило Мастеру начать намыливать ему щеки, парень спросил:

— Вы тут одни? Мне сказали, вы работаете в компании?

— Моя помощница сейчас занята, — буркнул Мастер. — А почему вы спрашиваете?

— Всего одна?.. — задумался парень, проигнорировав его вопрос. — А мне сказали, что нынче днем вас было трое.

— Вас обманули.

И взяв бритву, Мастер принялся за дело. Где-то минуту парень молчал и в тишине парикмахерской слышался только скрип бритвы.

— Если она все еще здесь, передай ей это, — и в его пальцах появилось кольцо. Золотое. — И проследи, чтобы она надела его на палец.

Он положил его на столик, рядом с его бритвами. Мастер дернул щекой.

— Не понимаю, о чем вы…

Его бритва остановилась — парень смотрел на него из зеркала. Недобро.

— Это не просьба, человек. Это приказ. Отдаешь его той, кого ты нашел на улице. Понял?

У него был такой взгляд, которым можно было дробить камни. И такие взгляды Мастер привык видеть только у одного сорта людей — зверей в человеческом обличии. У…

И тут его бросило в пот. Этот взгляд, эти черты лица… Мастер покосился на портрет, иссеченный бритвами.

Олаф! Или Василий⁈ Неважно! Он был похож. Похож! А значит, это его…

— Ну что, ты застыл? — спросил парень, улыбнувшись. — Заканчивай, брадобрей. И не зли меня. Это же не какая-то сложная просьба? Знаю, что она с тобой. Я ее нутром чую… Поверь, обидишь ее, очень горько пожалеешь. Руки распускать я бы тебе тоже не советовал — откусит, уж она-то может.

Он хохотнул.

— Такая она. Горда, упряма, знает себе цену. И за это ее стоит беречь. Если она еще с тобой, значит, здесь безопасно. Уж куда безопасней, чем там, где она жила до этого…