Книга Это кто переродился?, страница 123 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

Меч задрожал в руке Перевозова. Он недоуменно открыл рот.

Не успел парень, понять, как такое возможно, как оказался в ее объятиях. Меч со звоном ударился о камни.

— Как долго я мечтала об этом, Петя… — и она впилась ему в губы.

На миг ему захотелось вырваться, но он только сжал девушку в объятиях. Прильнул сильнее. Она была такая мягкая…

Хихикнув, его потащили прочь. Дальше. В темноту.

В целом я был доволен результатом Испытания. Однако «карантин» немного подпортил упоение от победы, ибо едва успели мы скинуть доспехи, как всех выживших участников раскидали по грузовикам и очень долго куда-то везли. С каждой выбоиной на дороге лица даже у тех, кто с достоинством выдержал Испытание, белели все сильнее.

— Мы умрем… Мы умрем… Мы умрем… — раздавалось из каждого угла темного кузова. У всех на коленях лежали их шары, однако интересовали они участников в последнюю очередь.

Вдруг в окошке, забранном решеткой, показался город, а там и Башня. И она приближалась. Мое сердце забилось чуть чаще. Неужели нас везут именно туда? Участники же, при виде нее, стали еще более бледными, хотя казалось бы, куда больше.

Не выдержав напряжения, Зорин бросился к окошку водителя:

— Выпустите меня! Я не хочу! Мне не нужен титул! Я хочу домой!

Лаврентий же, сидящий на переднем сидении, смерил его презрительным взглядом и задвинул окошко. Зорин же разорался только сильнее. Его шар упал на пол и принялся кататься туда-сюда.

— Сядь, дебил… — вздохнула Марьяна, пнув его как мяч. — И шар свой забери!

— Сука, все вымокло к черту… — ворчал, тем временем, Зайцев, ощупывая свои карманы. — Эй, есть у кого-нибудь спички?

Вот кто совсем не волновался, так это он. Плюнув, парень даже полез к окошку. Оттолкнув разрыдавшегося Позорина, постучался к Инквизитору.

— Эй, командир! Есть прикурить?

Как ни странно, окошко отодвинулось, и там показалась рука с зажигалкой. Вспыхнуло пламя, Зайцев с наслаждением затянулся.

— Добро-о-о… Эй, вы че такие тухлые? Ну, не на расстрел же нас везут, в самом деле?

В кузове послышался стон — полный боли, отчаяния и безысходности. Махнув на них рукой, Зайцев уселся на свое место, и через минуту по кузову уже разносился его богатырский храп.

Через минуту он оборвался.

— Ааа… — застонал Зайцев, открыв глаза. — Где я?..

И приподнявшись, он огляделся.

— Мы же победили?

Все присутствующие хмуро кивнули.

Башня, тем временем, становилась все ближе, и я даже прильнул к окну, но нет. Везли нас в здание на берегу реки.

Мрачное и выложенное из красного потемневшего кирпича, оно напоминало настоящую крепость.

* * *

В одиночной камере — или в «карантине», как они это называли — пришлось провести немало времени, прежде чем меня отвели в кабинет к Лаврентию. Там он довольно долго пытался выяснить у меня все, что нам довелось увидеть в катакомбах.

— … И как это связано с Древней магией? — спросил Лаврентий, прощупывая меня своими ледяными глазами.

Я же пожал плечами. Еще чего, рассказывать такому как ты?

В окне словно умышленно виднелась моя Башня. Меня буквально трясло от желания пододвинуть стул поближе и полюбоваться ею, но я смотрел только на Лаврентия.

И вот миновал уже второй час нашей с ним «беседы», а Инквизитор все не отступал. Мне же пришлось проявить чудеса изворотливости, чтобы не сболтнуть лишнего.