Книга Что вы скрываете, Хандзо-сан?! Том 4, страница 38 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

Фукумото теперь потерял сознание на пару секунд, и в бой пришлось вмешаться Одзаки.

— Всё! Бой окончен! — вскрикнул он. — Победитель — Хандзо Кано!

— Да! — закричал я, поднимая руки.

— Мы ещё встретимся, — прорычал Фукумото, — поднимаясь и слегка покачиваясь. — Вот увидишь.

— Ты проиграл, — подмигнул я ему, отчего парень густо покраснел и злобно скривил лицо, отправляясь на лавочку.

Далее прошли ещё три матча. В двух из которых победили два придурка, задиравшие Нагасаву.

Одзаки объявил в предстоящем полуфинале через неделю выступающие пары. Огава будет биться не со мной, а я встречаюсь с его приятелем. Ну что ж, будет показательная казнь. Если, конечно, способность включится вовремя.

Я очень беспокоился по этому поводу. И когда Одзаки объявил окончание занятий, и когда стоял в душе.

Спускаясь в лифте на подземную парковку, я решил позвонить профессору, как останусь один.

— Но ты будешь биться против моего обидчика, получается, — жужжал над ухом Нагасава, когда мы выходили из лифта на подземную парковку. — Вот там аккуратней. У него очень сильный удар правой, я заметил, и…

Нагасава не договорил. Меня встретила сладкая парочка. Огава Айдо и его пухлощёкий друг.

— Погуляй пока, парень, пока взрослые разговаривают, — обратился к Нагасаве пухлощёкий.

— Он останется, — ответил я, отвечая на пристальный взгляд своего врага. — Ты что-то хотел сказать?

— Да, предложить тебе триста тысяч йен за то, что ты ляжешь в полуфинале, — оскалился пухлощёкий. — Поверь, это очень хорошие деньги.

— Сто миллионов, — ухмыльнулся я. — Тогда подумаю.

— Да ты юморист, Хандзо-сан, — печально ухмыльнулся Огава Айдо, поправляя очки на носу. — Тебе предлагают серьёзную сделку, а ты шутишь.

— А она для меня несерьёзная, — бросил я ему. — И какого ёкая ты вмешиваешься в чужие разговоры, Огава-сан? — затем я повернулся к пухлощёкому, — Ну? Так что? Сто миллионов и я лягу в полуфинале.

— Да пошёл ты, — психанул он, взмахивая руками, и пошёл к своей машине. Затем остановился и выкинул вперёд руку с указательным пальцем. — Ты пожалеешь о своих словах. Запомни этот момент.

— Нет, жалости никакой к тебе не будет, — усмехнулся я в ответ. — Даже не проси.

Пухлощёкий тихо сматерился. Затем сел в тёмно-красный седан. Огава же напоследок кинул в мою сторону печальный взгляд и покачал головой, прячась в салоне.

Автомобиль сорвался с места, визжа резиной, затем исчезая за поворотом.

— Ах-ха! Мощно ты их, Кано-кун! — воскликнул восхищённо Нагасава. — Я бы так не смог.

— Смог бы, если б захотел, — взглянул я ему в глаза. — Просто ты не хочешь.

— Да боязно как-то, — пробормотал, смущаясь Нагасава. — Они очень сильно давят.

— Если ты руководитель — докажи это, — объяснил я ему. — Не давай вытирать о себя ноги и диктовать свои условия. Ты сам создаёшь правила. Ведь это твоя жизнь, правда?

— Вот сейчас ты очень круто сказал, — ответил Нагасава, продолжая восхищённо смотреть мне в глаза.

— Ладно, пока, у меня ещё много дел, — попрощался я, направляясь в сторону Порше.

— Ага, пока, — махнул мне Нагасава. — Я запомню твои слова.

— А лучше не только запомни, а ещё и веди себя именно так, — ответил я. — И они перестанут так с тобой разговаривать.

Я сел в Порше, вставил ключ в замок зажигания и провернул. Заиграла весёлая музыка. И мне бы сейчас подпевать в ответ радостному женскому голосу. Но… мешали этому мысли о странном сбое в работе мутагена.