Книга Фармацевт. Том 2. Эликсир бессмертия, страница 58 – Сергей Харченко, Алексей Аржанов

Молодой парень в сопровождении Ивана Ивановича зашёл в кабинку, затем уставился на него, будто призрака увидел.

— Вы же… вы Роман Аркадьевич Неглинский! — выпалил он. — Я недавно про вас статью в Вестнике читал!

— Присаживайся, Юрий, — хмыкнул в усы Неглинский. Кажется, что подкупить сотрудника «Мотылька» окажется проще, чем он думал.

Юрий присел, а Неглинский отмахнулся от замершего на пороге Ивана Ивановича, как от назойливой мухи. Толстяк слегка покраснел, затем вышел, закрывая за собой дверь.

— Юрий, я знаю, что ты закончил Академию, и специализация не очень популярная, — начал Неглинский, пристально глядя в бегающие глаза парня. — Если ты хочешь стать фармацевтом, открыть свою лабораторию — я могу это устроить. Дать денег на развитие. Твоя мечта сбудется.

— Я как бы… уже работаю фармацевтом, — слегка побледнел парень.

— Помощником аптекаря? Не смеши меня, — хохотнул Неглинский. — Ты же знаешь, что так будет и через год, и через пять лет. И что ты будешь рассказывать своим детям, внукам, если они спросят о твоей работе? Что ты сутками стоял за лабораторным столом? Наблюдал, как измельчаются растения и как зелья наполняют приёмные колбы?

— Мы уже почти перешли на таблетки, — тихо ответил Юрий, но по нему было видно, насколько сильно он задумался.

Таблетки. Неглинский уже знал про это. И вновь напрягся, как и в прошлый раз, когда ему сообщил об этом его информатор, предоставляя купленный экземпляр. Очень хреново будет, если не задавить «Мотылёк». Таблетки — это компактность, удобство в транспортировке. А это значит, что они быстро рассеются по Империи. И допустить это, значит поставить крест на лекарских клиниках, расписаться в своей беспомощности.

Как бы многие не смеялись над травками и зельями, называя их товарами шарлатанов и обманщиков, Неглинскому было не до смеха. Он прекрасно понимал насколько вырос потенциал фармакологии, которую возрождает Нестеров.

— Таблетки… пилюли… Какая разница? — иронично улыбнулся Неглинский, не отводя взгляда от растерянного парня. — Юра, ты ведь можешь и сам управлять лабораторией. Да что там лабораторией… Фабрикой! Тем более я готов спонсировать в течение года твой бизнес. Очень щедро… Взамен, я хочу, чтобы ты кое-что подлил в лекарства Нестерова.

— Но я не могу подставить Ярослава Николаевича, — пробормотал Юрий, стараясь не смотреть ему в глаза. — Тем более он всё узнает.

— Не узнает, Юра… Не узнает, — улыбнулся Неглинский и вытащил из кармана пузырёк с бесцветной жидкостью, поставил его на стол. — Это слепень. Он растворяется в организме человека сразу после употребления. Следов не найти.

— Но зачем вам это? Вы же тоже хотите помочь городу, — растерянно пробормотал Юрий.

— Не пытайся что-то понять, — произнёс Неглинский. — Некоторые вещи не нужно знать. Я ведь не спрашиваю у императора, почему он резко повысил налоги?

— Это же тот слепень, что я думаю? — Юрий взял в руки пузырёк, покрутил его в руках.

— Да, именно, — подтвердил Неглинский. — В пузырёк с обычной водой добавь одну каплю, тщательно размешай, и вот тебе новое эффективное зелье против аденовируса. И не бойся, через сутки зрение к пострадавшим вернётся. Ты никому не причинишь вреда.

— Я ведь торгую таблетками, — заметил Юрий. — А это вроде зелья.