Книга Сумеречный стрелок 9, страница 25 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— А что за кинжал светится у тебя в груди? — махнул я на мерцающую рукоять.

— По легенде каждый бог испытывает свою жи́ву на прочность. Иначе протыкает её чем-нибудь острым. Это и есть часть ритуала посвящения в боги племени. Если кандидат выживет — значит он великая сущность, скрывающаяся под ликом смертного. Но… — Юриотто провёл рукой, и рукоять исчезла. Больше у него на груди ничего не было, кроме какого-то красного символа в виде спирали. — Сам понимаешь — это иллюзия. Они хотят видеть картинку — и я даю им это. Каждый бог выкручивается по-своему, чтобы продемонстрировать силу и величие, ну и произвести впечатление на паству. Ну и сам понимаешь — властный голос, строгий взгляд и угрозы — неотъемлемая часть богов племен.

Я не выдержал и тихо рассмеялся. Лея застрекотала под потолком, чуть не сорвавшись от смеха с паутины. А Пал Палыч весело мяукнул и успокоившись, даже задремал.

— Да, тебе смешно, — печально изрек псевдобог, — а вот мне приходится периодически играть эту роль. Непростое дело. Притом приходится спускаться с небес и постоянно выдумывать всякие чудеса. Одно из них, кстати, на тебе. Капустный лист, который помогает понимать чужой язык и разговаривать на нем же. Коммуникатор.

— Да, я понял — тяжкая твоя доля, — хохотнул я. — А что за пирамида с горящей вершиной? Артефакт какой-то или тоже обман? И как ты вернул нас обратно?

— А я и не возвращал. — развел руками Юриотто. — Просто использовал особенность этого места возвращать обратно тех, кто пытается перенестись в сумеречную зону. Это одна из аномалий нашего континента.

— Теперь понял. Я ещё спрашивал о пирамиде с факелом. Старик назвал её подарком, — вопросительно взглянул я.

— Сглаживает и усиливает особенности аномальной зоны, чтобы вас вернуло в этот мир моментально, и при этом не вывернуло наизнанку, — тихо пробормотал Юриотто.

Святой Махаон! Сплошная фикция, игры разума для толпы, инструмент манипуляции социального общества ради власти над ним.

— А Великий Кристалл? Предсказание? — я растерянно взглянул на псевдо-божка.

— А вот тут наоборот — это крутой артефакт, — серьезно взглянул на меня Юриотто. — Был такой псих в нашем племени, который создал его.

— Артефактор… — поправил я Юриотто.

— Да, по-вашему артефактор, — ответил он. — И, что удивительно — кристалл какое-то время бездействовал, а недавно начал предсказывать событие за событием. Да, не удивляйся: все артефакторы из народа считаются в племени психами. Их изолируют от общества, держа в клетках высоко в горах.

— Зачем? — недоуменно посмотрел я на Юриотто.

— Нет никакой магии, кроме той, что приносит бог, — монотонным голосом ответил Юриотто. — И нет никаких магических предметов, кроме тех, что дарит бог. Остальное — ересь и проклятые вещи, привлекающие демонов из разломов. Теперь понял?

— Отлично ты здесь устроился, — усмехнулся я в ответ. — Прямо хозяин положения.

— Жить захочешь — и не так раскорячишься. Не я же придумал эти правила, — пожал плечами Юриотто. — Когда меня пытались сжечь на очищающем костре, мне хватило магической силы, чтобы избежать смерти. Так я и стал богом.

— Племя думает, что выбирает бога, а на самом деле они всего лишь становятся рабами в придуманном кем-то феодальном строе, — подытожил я, и Юриотто кивнул. — Слышал, что вас трое.