Книга Плывем за монстрами!, страница 72 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

— Да, притом очень шикарный, — хихикнула маман. — До сих пор помню. Скрипка, официанты, свечи. Так было романтично. Я влюбилась в этого прекрасного кавалера.

— У тебя просто не было выбора, — ухмыльнулся батя.

— Значит, мне нельзя оставлять девушкам-человекам выбора? — растерянно посмотрел на него Акулыч.

— Нет, совсем не так, — поправил его батя. — С девушками надо общаться мягко, и в то же время отстаивая мужскую позицию.

— Всё равно ничего не понял, — вздохнул Акулыч. — Ты украл драгоценность… обманом вынудил прийти в ресторан… Затем начал склонять к плотским утехам.

Маман вытаращилась на него, затем ахнула.

— Ты что! Не было такого! — воскликнула она. — Мы говорили о природе, о животных, о своих увлечениях…

— В общем, Акулыч, мужской искренний совет, — подчеркнул батя. — К плотским утехам переходишь не раньше четвёртого-пятого свидания. И то — намекать следует аккуратно, иначе девушка тебя пошлёт, а то и пощёчину залепит.

Акулыч, внимательно слушал папу Ваню, и в то же время накинулся на рыбу. Когда батя закончил, он прожевал последний кусок тунца.

— Вообще нихрена непонятно… и это слишком долго. Пять свиданий… с ума сойти можно! — акулоид встал из-за стола. — То ли дело мои мама с папой. Подплыл, присунул, уплыл. А затем я родился.

Теперь я не выдержал и начал смеяться.

— Акулыч, ты чего⁈ — маман густо покраснела. — У людей так сразу не делается! И вообще, что за выражения⁈

— А если и делается, то без потомства, — хохотнул батя.

Акулыч замер у стола, затем сел обратно на стул.

— Как это без потомства? — удивлённо спросил он.

— Ну, в общем, есть такие резиновые изделия… — попытался объяснить ему батя.

— Блин, да что за извращения⁈ — воскликнул Акулыч. — И вы ещё называете кого-то монстрами?

Акулоид вышел из-за стола и направился к выходу.

— Ничего, — успокоил я опешивших родителей. — Поразмыслит, поймёт.

— Главное, чтобы без потомства обошлось, — ответила маман, сделав глоток чая. — А то придётся ещё одну обитель в поместье строить. Уже на воде.

— А что, ещё один бизнес, — засмеялся батя. — Будем маленьких монстриков продавать.

— Ваня, прекрати фантазировать, — нахмурилась маман. — Ты знаешь, как я отношусь к таким шуткам.

— Всё, ладно, — выставил ладони батя. — Больше не буду.

— Одна согласилась! — услышали мы громкий вскрик Акулыча. Даже я вздрогнул, настолько он незаметно подошёл. — Она согласна на плотские утехи.

— Ну-ка, покажи, — сказал я и Акулыч повернул экран своего телефона.

На этом экране мы увидели фото той самой девушки, согласной на быстрое развитие отношений.

Ох ты ж, мать-перемать! Я аж чашку с чаем выронил из рук от удивления. Да и родители вскрикнули.

Эта сударыня была нам очень хорошо знакома.

Я увидел фото Аннушки, нашей служанки. И пока что не мог в это поверить. Может это какая-то ошибка? Но нет — это её лицо. И вот её имя, и те скудные данные, которые служанка решила внести, они тоже её.

Батя с маман замерли и сейчас походили на восковые фигуры.

— Что? — покосился на нас Акулыч. — Вполне миловидная женская особь.

Маман наконец-то ожила, сморщилась:

— Фу, как вульгарно. Не называй нас женскими особями.

— А что, вы — мужские? Или гермафродиты? — спросил акулоид.

Теперь и батя ожил.

— Ого! — воскликнул он. — Ты и это знаешь⁈