Книга Клан Рунного Ястреба. Тьма и пламя (Том 2), страница 91 – Сергей Харченко

— Всё, дальше нельзя, — вцепился Жека в спинку кресла. — За поворотом на меня и напали. Там этот ресторан.

— Всё, друзья, за мной не ходите, — обратился я к Володе с Женей, выпуская из машины Рону. — Я серьёзно говорю. Володя, ты включи и настрой глушилку. Жека, ты помогаешь Володе.

Я выскочил в ночь, замечая, что наш автомобиль спрятался в тени. Ближайший фонарь лишь на углу поворота, откуда раздавались громкие голоса пьяных людей.

«Готова всех порвать», — кровожадно подчеркнула Рона.

«Жди команды. Пока ничего не предпринимай», — ответил я.

Мы завернули за угол, и я заметил компанию мордоворотов в кожанках и полуголых девиц сомнительного поведения.

Нацепив дежурную улыбку, я направился в их сторону.

* * *

Ресторан «Белая щука», десятью минутами ранее

Литвин расположился в большом цветастом кресле, которое он прозвал троном. Ещё бы! Трон для настоящего короля улиц.

Он уже подмял под себя третий район Запрудного, центральный рынок. Ко всему прочему, за Литвином солидная часть прибыльной торговой улицы Новосибирска. Чем не король?

Хотя к князьям авторитет старался не лезть. Литвин уже как-то связался с одним из высокородных. На него такую охоту объявили, что пришлось валить с Тюменской области.

Вот он и перебрался пять лет назад в Новосибирск. И за это время сколотил серьёзную банду. Даже четырёх магов из гильдии перетащил к себе.

В этом ресторане, кроме них, ни души. Только две официантки и управляющий. Хотя управляющий ещё дышит, возможно даже выживет. Он не хотел говорить шифр от сейфа, поэтому его пришлось немного помучить.

— Босс, как думаешь, щенок успел передать послание? — произнёс Добрый, ковыряя зубочисткой в зубах.

Его помощника так прозвали за доброе лицо. На самом деле это был ещё тот маньяк. Всё бы ему кого постращать да порезать.

— Вообще похеру, — отозвался Литвин. — Ты лучше скажи, зачем мальца ножом пырнул?

— Пощекотать решил, — захохотал Добрый, затем оскалился. — А если серьёзно, получил он своё за свой паршивый взгляд. Слишком уж дерзкий.

— Ты конченный псих, Добрый, — напряжённо улыбнулся Литвин. — Но ты же помнишь, о чём мы договаривались? Что детей, беременных женщин, стариков не трогаем.

— Таких можно, — улыбнулся Добрый, и опасные искорки появились в его глазах. — Или ты что?.. Хочешь предъявить мне за это?

— ДА, ТВОЮ МАТЬ! — Литвин с громким стуком воткнул вилку в столешницу и наклонился через стол. — Я тебе предъявляю! Какого чёрта ты, чёртов псих, ударил мальчишку ножом⁈ Ему и побоев хватило! Тебя что, мама в детстве часто из колыбельки роняла⁈ Голова не шарит⁈

— Ты мать мою не трожь. У меня была хорошая мать… — пробормотал Добрый.

Улыбка пропала с его лица. Сейчас он сидел очень напряжённый. А затем в его глазах появились умоляющие нотки.

Это и было нужно Литвину. Он давал свободу каждому из своих командиров, но были и определённые правила. Как бы Добрый ему ни нравился за свои выходки и чёрный юмор, терпеть Литвин такого не будет. А то так могут и на шею сесть, а потом ещё и линчуют, выбрав другого лидера.

— Босс, я по привычке, — тихим голосом ответил Добрый. — Ну он посмотрел, а я пырнул.

— Два раза, — ответил Литвин.

— Что? Какие два раза? — Добрый не успел донести до рта вилку с нанизанным на неё куском стейка. Так и замер, посматривая на босса.