Книга Герой Империи 2, страница 56 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

— Был у меня запас, — хмыкнул я. А сам подметил, что клык остыл. Я нащупал его рукой, и тот оказался холодным, словно лёд. Отдал всю энергию, получается, и теперь будет накапливать её вновь. Получается, что клык — это накопитель энергии?

Я обязательно спрошу об этом у профессора. Надеюсь, он и на этот вопрос сможет ответить.

Чуть позже, распрощавшись с командой, мы с Хрумом отправились на квартиру к профессору. Хрум в этот раз плотней прижимался ко мне, изредка покалывая своими иголками. Боевой ёж показывал своими действиями, насколько я ему дорог.

Николай Захарович встретил меня в небольшой лаборатории. Насколько я понял, он здесь и дневал, и ночевал, над чем-то экспериментируя.

— Проходите, — пригласил он меня в свой небольшой кабинетик. Очень скромное помещение. Стол, два кресла, запыленное окно, небольшой открытый шкаф с торчащими из него папками.

Когда я устроился в старенькое потёртое кресло, профессор, кряхтя, сел напротив.

— У вас ко мне возникли какие-то вопросы? — Николай Захарович растерянно взглянул на меня. — Лариса говорила, что вы хотели узнать что-то очень важное.

Я вытащил из ранца пыхтящего Хрума и положил его на стол.

— Да, Николай Захарович, хотел бы спросить насчёт этого зверька, — произнёс я.

— Ого, магический питомец! — оживился профессор, начиная суетиться и смотреть по сторонам. — Так… мне нужен прибор. Где мой оптический прибор⁈ Опять Галина куда-то его подевала! Говорил же ей…

Профессор отодвинул один из ящиков, радостно воскликнул и — после того как нацепил на глаза биноклевые окуляры — вернулся за стол. Он принялся рассматривать Хрума, начиная бормотать под нос:

— Так… это пузырьковый ловец. Хотя нет… хм, очень странный вид.

— Что странного? — спросил я.

— Эти иголки… — растерянно ответил Николай Захарович. — Пузырьковые ловцы их так не складывают. Да к тому же я не вижу у него зелёных отметин на мордочке. Вроде и похож, и в то же время не похож. Но есть выход.

— Какой? — поинтересовался я.

— У ловцов под нижней челюстью есть силовая точка, как у многих разновидностей призванных питомцев, — объяснил профессор. — Но именно у ловцов она провоцирует выплеск ядовитой слюны. Вот, подержите.

Николай Захарович поставил металлическую ванночку перед мордочкой Хрума, который заинтересованно блестел глазками, наблюдая за его манипуляциями. Даже фырчать перестал.

— Отлично, — улыбнулся Николай Захарович. — Я совсем слегка нажму на точку, а вы поймайте струю яда. А то субстанция агрессивная, может прожечь стол… Ванночка усилена магией, так что она выдержит.

Я не спорил с профессором. Приготовился, к тому же успокоил мысленно Хрума, который начал переживать.

Николай Захарович нажал на ямку под подбородком Хрума. И реакция питомца не заставила себя долго ждать. Боевой ёж громко заскрипел зубами, а его иглы начали удлиняться. Загрохотал гром, а затем несколько молний затрещали между иголками питомца.

Профессор вскочил со стула, уронил на пол оптический прибор, руки его затряслись.

— Это же!.. — побледнел он, пятясь назад и не сводя испуганного взгляда с боевого ежа. — Уходим отсюда! Быстрее!

Я успел погасить молниевую бурю Хрума. Накинул на него нейтрализующий купол. Питомец затих, принялся принюхиваться к рядом лежащей тетради, невинными глазками посматривая в сторону ошалевшего от страха профессора.