Книга Герой Империи 1, страница 137 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

Поначалу жидкость в колбе приобрела светло-зелёный оттенок, затем ближе к оранжевому, а потом окрасилась в тёмно-синий цвет.

Лаборант ошарашенно уставился на колбу, Владимир замер, похолодев.

— И что это значит? — спросил я у них.

— Это признак умершего, — пробормотал лаборант. — Так ведь? Мне не мерещится?

— Нет, этого не может быть, — тихо ответил Владимир. — Иначе восставшего засекли бы приборы. Нет, определённо что-то вы сделали не так.

— Но я всё делал по инструкции, — возмутился лаборант. — Сложно ошибиться.

— Я позволю вмешаться, господа, — взял я слово. — У меня к вам вопрос — возможно ли проверить меня на принадлежность к двум родам одновременно?

Возможно, причина именно в этом.

— Это как «к двум родам»? — удивился лаборант. — Кровь от отца… она сильнее.

— Подождите, Тимофей Михайлович, бывают исключения, — почесал бритый подбородок Владимир. — Хм… мы уже делали до вашего устройства на работу тест по другой методике.

— То есть это явление имеет место? — задумчиво спросил лаборант.

— Более того, это явление не такая уж и редкость. Просто в последнее время к нам не обращаются с этой просьбой, — произнёс Владимир.

— То есть вы хотите сказать, что Александру Сергеевичу, — с плохо скрываемым удивлением взглянул на меня лаборант, — биологические отец и мать передали сильную кровь в равновесных количествах?

— Это возможно, Тимофей Михайлович, — ответил Владимир. — Мы для этого здесь и собрались, чтобы узнать правду, — затем он повернулся ко мне. — Но есть один нюанс, Александр Сергеевич. Повторная процедура будет стоить ещё двадцать тысяч рублей.

Я примерно прикинул, что у меня по финансам. Получил восемьдесят тысяч за жемчужины. Минус тридцать тысяч за ремонт квартиры, минус двадцать тысяч за предыдущий анализ. Итого ещё есть тридцать. После того, как я расстанусь с двадцатью тысячами, останется всего десять. Но сегодня-завтра аванс. Двадцать тысяч точно придёт. Да к тому же Хрум давно не метал бисер, точнее — не выдавал жемчужины. Непорядок.

— Разумеется, — согласился я. — Я оплачу услугу.

— Прекрасно, — сразу расслабился Владимир. — Тогда приступайте, Тимофей Михайлович.

— Но… я инструкции такой не обнаружил. Здесь её точно нет, — растерянно пробормотал лаборант.

— Я вам выдам её. Она находится у меня, на особый случай, — произнёс Владимир и вышел из лаборатории.

— Век живи, век учись, — улыбнулся лаборант, мельком взглянув на меня. — А вы, Александр Сергеевич, располагайтесь в том же самом кресле. Придётся у вас взять ещё одну пробу крови. Надеюсь, это вас не смущает.

— Ничуть, — улыбнулся я. — Наоборот, я больше вас заинтересован в этом. Гораздо больше.

— Так, держите, — протянул появившийся в дверях Владимир лаборанту ламинированный лист бумаги. — Здесь всё просто и пошагово.

Пока лаборант изучал инструкцию, мы с Владимиром побеседовали о других похожих случаях. Так он рассказал, как в прошлом году баронесса убежала из обедневшего рода и решила доказать, что причастна к другому роду, более обеспеченному.

— Таких случаев, как я уже и говорил, было достаточно. По большей части выявляли случаи мошенничества, когда тестируемые давали на лапу лаборантам, — горько усмехнулся Владимир. — Но наша служба безопасности всегда работала эффективно. Вы не представляете, какая тогда была текучка кадров среди лабораторного персонала. Выявляли, выгоняли со штрафом, принимали следующих. А потом такие тесты практически сошли на нет.