Книга Эволюция целителя 1, страница 121 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Даже радость от того, что я упорно приближаюсь к пятому уровню, была тусклой какой-то. Ведь заработал я вчера на пациентах под конец дня ещё сто семьдесят очков опыта, но и это меня не радовало.

Омлет, приготовленный Настей, был пресным, а подбадривающие мотивационные речи Захарыча, который настраивал нас на продуктивный день, меня никак не заряжали.

— Что-то ты кислый сегодня какой-то, Алексей, — обратился ко мне Захарыч, когда мы допивали чай. — Случилось что?

— Сон плохой приснился, — хохотнул Пуля. — Всё о каком-то институте бормотал. Ксюшу вспоминал.

— Институт благородных девиц приснился? — улыбнулась Настя.

— Наверное, — криво улыбнулся я. — Не помню.

— А кто такая Ксюша? Ну-ка признавайся? — настороженно прищурилась брюнетка.

— Из Академии, — отмазался я, допивая чай.

На самом деле мне приснился прошлый мир. Институт, в котором я учился. Девчонка, за которой ухлёстывал в то время. Но им это не надо было знать, да и дело прошлое. К чёрту!

— Всё-таки давай-ка я тебя, дорогой ты мой человек, проверю, — помассировал свои руки Захарыч. — Тащи сюда свою тушку. Давай, шустрей, а то опоздаем на работу.

Я подсел к старику, и он просто прислонил ладони, одну ко лбу, вторую разместил на затылке. Руки его будто огнём горели, и я почувствовал некую энергию, проникающую под черепную коробку.

— Да всё у тебя нормально, — убрал он руки. — Здоров как бык. Но с памятью и правда нелады. И бледный какой-то. Может, анализы сдашь?

— Ну да, сразу в палату лягу, — усмехнулся я. — Просто аномальные бури, наверное.

— Не сочиняй. Ты ж не метео-маг, чтобы чувствительным таким быть, — оскалился Захарыч, прищурившись. — Скорее всего переутомился вчера, потратил много энергии.

— Скорее всего, — кивнул я и поднялся из-за стола.

Мы оперативно собрались, помогли упаковать Насте в пакет быстро-плиту, которая не хотела раскладываться. А затем, когда мы вышли из дома, я получил перевод от Захарыча. Триста сорок рублей.

Я сразу же отправил триста рублей Гене, и он сразу же позвонил.

— Алексей, спасибо за перевод, — услышал я его надсадный голос.

— Только вот больше не пиши столько сообщений. Я держу слово, — предупредил я.

— Ну теперь я не переживаю, — печально отозвался Гена.

— Что с голосом? Приболел?

— Да так… Как у вас там с очередью? Могу появиться завтра?

— Конечно. Заходи, примем по высшему разряду, — пообещал я. Видно, прижало его сильно, иначе разве вспомнил бы он о здоровье?

— Тогда забились. Я напишу, как соберусь, — пообещал он и отключился.

И нафиг мне сообщать? Ненавижу назойливых людей. Уже ведь договорились. Зачем лишний раз напоминать о себе? Его Величество выехало? Встречать с хлебом солью и с оркестром? Никогда не понимал этого. Ладно когда друзья так пишут, это ещё куда ни шло. Но кто мне этот Геннадий? Всего лишь знакомый. Полезный знакомый.

— Кто тебя в такую рань беспокоит? — спросила Настя, когда мы почти подошли к подземному переходу.

— Наш главный промоутер, Геннадий, — улыбнулся он. — Так обрадовался деньгам, которые я ему перевёл, что решил поговорить.

В это время я отправил и обещанные сорок рублей дяде Боре, который тоже решил меня порадовать своим пропитым голосом.

— Ещё один, — засмеялся я, принимая звонок.

— Лёша, ты, брат, просто меня выручил, — захрипел Борис. — Я для тя чо хошь сделаю.