Книга Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ, страница 81 – Антон Панарин

Маргарита Львовна отложила книгу и поднялась с кресла. Она подошла к Снежане, взяла её под руку и улыбнулась так тепло, что девушка тут же расслабилась.

— И не такое вульгарное, — кивнула старушка. — Милочка, через полчаса ты будешь ослепительно прекрасна, — пообещала бабушка и повела её в смежную комнату.

— А вы с Ежовым ещё не ушли за покупками? — спросил я, вспомнив об их планах.

— Обязательно уйдём. Но вечером. Романтический ужин при свете дня — не такой уж и романтический, если ты понимаешь, о чём я, — улыбнулась Маргарита Львовна, закрывая дверь перед моим носом.

Теперь нужно было заняться второй половиной пары. Огнёв, он же Князь Пожарский. Тот самый дурень, который утонул на дне бутылки, расставшись со Снежаной. Я знал, где его искать. За последние недели он облюбовал один кабак в нижнем городе. Там и проводил время, топя горе в огненной воде. Я спустился вниз, вышел из дворца и направился в сторону кабака «Вольному воля — три дня запоя!», по пути набирая телефонный номер Ежова.

Заведение встретило меня смешанным запахом перегара, табака и кислой капусты. Несколько посетителей сидели за столами, мрачно уставившись в кружки. Играла заунывная музыка, заставляя всех пить ещё больше. За барной стойкой разместился Огнёв. Сидел, ссутулившись, и мрачно глушил водочку, занюхивая коркой чёрного хлеба. Щетина покрывала его лицо, и от него несло перегаром за километр. Все признаки морального разложения налицо. Я подошёл к нему и сел рядом.

— Ну, как жизнь? — спросил я, стукнув ладонью по барной стойке.

Огнёв медленно повернулся ко мне. Глаза мутные, красные. Он криво ухмыльнулся и прохрипел:

— Жизнь дерьмо.

Я улыбнулся.

— Как только приведём тебя в порядок, жизнь сразу наладится, — пообещал я.

Огнёв непонимающе посмотрел на меня и прямо позади него воздух исказился, формируя пространственный разлом. Из разлома высунулась физиономия Виктора Павловича Ежова. Он оценивающе посмотрел на Огнёва, схватил его за шиворот и дёрнул на себя. Огнёв даже охнуть не успел.

Разлом закрылся с тихим хлопком. Я вылил на пол его недопитую рюмку и постучал пальцем по стойке, ожидая, когда наш гадкий утёнок превратится в прекрасного лебедя. Спустя секунду разлом снова открылся, и из него вывалился Огнёв. Но это был уже совсем другой человек. Трезвый, выбритый, пахнущий мылом. Одежда чистая, глаза ясные. Правда, очень злые. Огнёв вскочил на ноги и возмущённо заорал:

— Обязательно было меня на неделю запирать хрен пойми где⁈

Я усмехнулся.

— Тебе, алкашу, нужно было освежиться для важной встречи. Топай за мной.

Не дожидаясь ответа, я схватил его за рукав и потащил к выходу. Огнёв упирался, задавая вопросы:

— Куда ты меня ведёшь? Зачем? Какая встреча? Миша, ты что творишь⁈

Я не отвечал, продолжая тащить его за собой. Мы дошли до дворца, поднялись на второй этаж и остановились у дверей покоев бабушки. Я постучал, и Маргарита Львовна тут же открыла дверь. Я толкнул Огнёва внутрь. Тот зашёл, оглядываясь по сторонам, и замер.

У окна стояла Снежана. Она была одета в изящное голубое платье, волосы уложены, лицо слегка подкрашено. Она выглядела ослепительно. Огнёв открыл рот от изумления. Снежана увидела его, и её глаза расширились. Она завизжала от радости и бросилась к нему, прыгая в объятия. Огнёв, помедлив мгновение, поймал её в последнюю секунду и страстно поцеловал.