Книга Эволюционер из трущоб. Том 17, страница 39 – Антон Панарин

— Понятия не имею, что ты несёшь, — усмехнулся Валет и хлопнул в ладоши. — Но если ты желаешь умереть, я помогу тебе!

Хлопок разнёсся по округе раскатом грома, небо мгновенно потемнело, затянулось чёрными тучами, из которых посыпались молнии. Десятки, сотни разрядов устремились вниз, целясь в Карима, готовые испепелить его дотла, превратить в обугленный труп. Но работорговец не стал уклоняться или защищаться, он просто раскинул руки в стороны и начал петь:

— Страданий боль терзает сердце,

Но я найду лазейку, дверцу,

Проникну я тайком в твой дом,

И в рабство утащу потом!

Сначала зубы выбью,

Сломаю кости, крови выпью!

Ну а когда наскучишь мне,

Продам — и заработаю втройне!

Его тело засветилось изнутри тускло-желтоватым светом. На коже проступили руны, покрыв руки, грудь, лицо и спину сложными узорами. И когда молнии достигли его тела, они не пронзили плоть, не сожгли дотла, а просто исчезли, будто были поглощены рунами. Карим самозабвенно рассмеялся. Запрокинул голову и с наслаждением вдохнул энергию стихий, которую Валет Бубнов так щедро передал ему.

— Вкусно! Но мало! Давай ещё! — заорал Карим и с удвоенной яростью набросился на Валета Бубнов

Валет взмахнул руками, и где-то внизу земля взорвалась, превратившись в гейзер раскалённой магмы, которая взметнулась вверх, пытаясь испепелить Карима. Работорговец без особых усилий сместился в сторону, пропуская смертоносный поток лавы мимо. Магма прошла в нескольких сантиметрах от его тела, но жар был настолько сильным, что одежда Карима задымилась и начала тлеть.

Работорговец сорвал с себя горящие лохмотья. Остался в дырявых трусах и с рёвом продолжил атаку, не обращая внимания на волдыри, проступившие на его коже. Крутанувшись вокруг своей оси, он нанёс удар ногой, метя в голову шамана. Валет Бубнов пытался отгородиться тройным барьером стихий, но он рассыпался, даже не успев сформироваться.

В последнюю секунду шаман отдёрнул голову назад, так что лишь ноготь большого пальца Карима чиркнул по лбу Валета Бубнов. Казалось, что кожа на лбу не получила повреждений, но спустя мгновение она разошлась в стороны, обнажив кости черепа, и из раны хлынул поток крови, заливая глаза шамана.

Валет резко отступил назад, материализуя в руках бубен, сотканный из чистой энергии, и ударил по нему ладонью. Звук разнёсся по округе. Температура за долю секунды упала с плюс пятнадцати до минус тридцати. Повалил снег хлопьями, завыл ветер, превратившись в настоящую бурю, а из снежной крупы материализовались десятки тысяч ледяных копий, которые устремились к Кариму со всех сторон.

Работорговец не стал уклоняться. Он сжал кулаки и ударил ими друг о друга, создавая ударную волну. Громкость удара ничем не уступал звуку от бубна, он с лёгкостью разбил ледяные копья на осколки, которые посыпались вниз мелким крошевом. Карим упал вслед за ними, но лишь для того, чтобы оттолкнуться от земли и снова взмыть в воздух.

Словно стрела он устремился к Валету Бубнов и нанёс серию ударов, настолько быстрых, что его руки превратились в размытое пятно. Скрежеща зубами, шаман парировал удар за ударом, используя посох, стихийные барьеры, иногда выстреливая в Карима молниями, пламенем, ветряными лезвиями, льдом и бог знает, чем ещё.

В следующую секунду Валет Бубнов отказался от всех покровов кроме покрова молний. Он окутал его тело, превратив в живой разряд электричества. Кулаки Карима врезались в покров, и каждый удар сопровождался вспышкой света, грохотом и разрядом, способным убить обычного человека за секунду. По телу работорговца прокатились электрические дуги, оставляя огромные борозды почерневшей плоти.