Книга Эволюционер из трущоб. Том 5, страница 99 – Антон Панарин

— Всё, давай меняться. У меня уже руки отваливаются, — пожаловался Макар и отпустил паучью лапу.

— Многовато у тебя ума, раскосый. Мы ж договорились, что каждый километр меняемся. Так что хватай эту пакость и тащи, — ухмыльнулся Леший.

— Да, Макар, давай, нам с тобой до поворота дотащить, и всё. Их очередь, — вытерев пот со лба, сказал Артём.

— А вам не показалось странным, что Ленск охраняют только со стороны моста? Остальные направления не так хорошо укреплены, как будто с них не ждут нападения, — подметил я и использовал Всевидящее Око.

Как и говорили вольные разломщики, они вычистили эту местность. Поблизости я не видел тварей кроме тех, что мы убили. Одно дело недооборотни — они как кочевники, сегодня здесь, завтра там шастают в поисках пищи. Но пауки-то ведут оседлый образ жизни. Как так вышло, что разломщики их не заметили?

— Может, они остальные направления ещё сильнее заминировали и теперь не переживают о нападении? — предположил Леший.

— Надеюсь, что так, — кивнул я, и мы продолжили путь.

На повороте в сторону Ленска ребята поменялись, и паучиху теперь потащили Сергей и Леший.

— Может, бросим её нахрен? — пропыхтел Леший. — Пока мы эту пакость дотащим, от неё ничего не останется.

— Не филонь, а тащи, — рыкнул на него Прохоров. — Там только кровь подтекает, а хитину — хоть бы хны. Крошиться даже не думает.

— А как же поговорка «всех денег не заработаешь»? — тяжело дыша, спросил Сергей.

— Не заработаешь, — согласился я. — Но можно постараться это сделать. — Я улыбнулся, а потом, как и Артём, стёр пот со лба.

— А ты чё потеешь-то? — спросил Артём. — Вроде, налегке идёшь.

— Ага, блин. Налегке, — хмыкнул я. — А мана утекает бурной рекой. В кольце восемь ячеек, а чтобы туда поместить большее количество туш, пришлось поднапрячься.

— Слыхал я о таких предметах. Говорят, и правда кучу маны жрут, — поддержал меня Сергей.

Я подмигнул ему, а потом перевёл взгляд на Прохорова.

— Если хочешь, выброшу четыре паучьих туши, и как раз каждому из нас достанется по одной. Пять туш тащить ведь легче, чем одну, верно? — ехидно предложил я.

— Не-не. Всё хорошо. Давай, держись там. Ленск совсем близко, — подбодрил меня Артём и потёр онемевшие от напряжения предплечья.

Мы прошли ещё километр, а потом замерли после фразы:

— Да ну, нахер… — выдохнул Макар и указал вперёд. — Аномалия? Серьёзно?

Я пригляделся и заметил растительность, похожую на тополиный пух грязно-серого цвета. С расстояния сложно определить, но кажется, он поднимался вверх сантиметров на двадцать и покрывал не только землю, но и асфальт. Эту гадость называли в простонародье «жгучка», «изжога» и даже «жиган». А официальное название было «жгучий пух».

Не знаю, знакомы ли вы с последствием контакта с борщевиком, но жгучка могла нанести поражение раз в десять сильнее. Мягкий пух при контакте с ним выбрасывал в воздух облако мелких спор, которые обжигали всё на своём пути. Кожу, слизистую глаз и носа, забирались под одежду. Одним словом, получить химический ожог, несовместимый с жизнью, было плёвым делом.

В Академии говорили, что двигаясь очень медленно, можно наступать на пух и он не выстрелит споры. Вот только преподаватель был в этом не уверен, так как сам проверять подобное утверждение не отважился. Да и что тут проверять? Вот она причина, почему ВРовцы обороняются только со стороны реки. Сюда-то никто в здравом уме не сунется.