Книга Эволюционер из трущоб. Том 5, страница 8 – Антон Панарин

— Ну, смотри сам. — Я перевёл взгляд на Серёгу и призвал из хранилища револьвер с одним-единственным патроном. — Держи. Если нападут твари, стреляй. Услышим — и тут же вернёмся.

— А мне гостинец будет? — поинтересовался Макар.

— Вилы подойдут? — улыбнулся я.

— Ну-у-у. Это лучше, чем ничего, — согласился Макар.

Через десять минут я, Леший и Артём стояли на улице, а за нашими спинами захлопнулась дверь и грюкнул засов.

— В Кунгур? — напряженно спросил Прохоров.

— Нет. Пока рановато. Пойдём вон той дорогой. — Я указал в сторону узкой тропинки, уходящей в глубь леса. Рядом с ней красовался знак «деревня Шарташи. 10 км».

Эту тропинку я давно приметил, вот только думал, что нам лучше двигаться по направлению железнодорожных рельс. Но кто же знал, что впереди нас ждёт Кунгур, заселённый тварями? Соваться в сам город опасно, а вот бродить по близлежащим деревням — идея здравая. Правда, в деревнях еды намного меньше, чем в том же Кунгуре, и найти её сложнее. Но и шанс погибнуть будет ниже.

Правда в деревнях меньше еды, если не брать в рассчёт урожай который не успели собрать, всё же в прошлый раз большая картошка оказалась гнилой. Но на всякий случай мы и поля прочешем.

Шли молча. Я впереди, за мной Артём, замыкал колонну Леший. Оружие наготове, вслушиваемся в окружение, надеясь, что на нас никто не нападёт. Да, я использовал Всевидящее Око, вот только на этот раз я не был уверен в том, что оно со стопроцентной вероятностью покажет нам все угрозы. Ветер раскачивал ветви голых деревьев, под ногами шелестела трава, а дорожка внезапно кончилась.

— Стоять, — сказал я, подняв вверх руку.

— Чего там? — спросил Леший, обойдя Прохорова сбоку.

— Деревья зелёные, — пояснил я, указав вперёд.

Двадцатиметровая поляна утопала в зелени. Деревья и кустарники благоухали цветением. Зелёные листики тянулись к небу, будто на дворе был май месяц, а не середина октября.

— Яблоки! — выпалил Леший и собирался было побежать в сторону дерева, с которого и правда свисали красные плоды, но я его ухватил за ворот куртки.

— Смотри. — Я поднял с обочины сухую корягу и, размахнувшись, запустил её в сторону аномалии.

Вращаясь вокруг своей оси, палка стала обрастать зеленоватым мохом, травой и даже парой лютиков. Деревяшка ударилась о землю и рассыпалась прахом, а выросшая на ней зелень полетела во все стороны.

— Живица? — припомнил название аномалии Артём.

— Она самая, — кивнул я. — Идём в обход.

— А как же яблоки? — Леший с грустью посмотрел на спелые плоды и указал в их сторону пальцем.

— Если хочешь стать удобрением для яблочек, то вперёд, — ответил я и свернул с дороги.

Обходить аномалию пришлось добрых полчаса. Пролезли через пару буреломов, собрали все колючки, растущие в лесу и наконец-то добрались до нормальной дороги! Ну как — нормальной? До грунтовой.

Две старые колеи шли через лес, то и дело прячась за деревьями. Колеи, как положено, заполнены грязью и водой, в которых можно увязнуть по колено, а может и по пояс. А вот идти по обочине вполне комфортно. Не знаю, кто прокладывал эту дорогу, но он явно любил повороты.

— Влево, вправо, влево, вправо, ехал поезд, запоздалый. Из последнего вагона, горох сыпался рекой, — прошептал Леший, зыркая по сторонам.

— Какой горох? Ты чего несёшь? — нахмурился Артём.