Книга Эволюционер из трущоб. Том 4, страница 43 – Антон Панарин

Старшие курсанты устроили драку в прошлом году и случайно пробили днище байдарки. А чтобы никто из преподавателей не узнал, оттащили её в камыши и притопили. Никто не хотел драить толчки.

— Вытаскивайте! Живо! — закричал я и полез в ледяную воду.

Ребята последовали моему примеру и, спустя минуту, мы уже волокли байдарку на берег. Замечательно! Даже вёсла на месте. Осталось только…

За спиной послышался топот. Я инстинктивно создал ледяную иглу и собирался швырнуть её на звук, когда заметил несущегося к нам Прохорова. Глаза расширены от ужаса, руки в крови и, судя по всему, кровь не его.

— Суки! Решили без меня свалить⁈ — вместо приветствия заявил он.

— Даже не думали о таком, но теперь появилось желание, — меланхолично ответил Леший.

— Заткнитесь! Собачиться будем, когда свалим отсюда, — рявкнул я и приложил ладонь к дыре на дне лодки.

От моей руки разошлись волны холода, законопатив пробоину льдом. Следом я упёрся в нос байдарки и столкнул её в воду.

— Кажется, нам конец… — сказал Макар, стоявший рядом. Он смотрел в сторону административного здания.

Я обернулся и увидел, что десяток Имперцев в красных мундирах тычут пальцами в нашу сторону. Это было не проблемой, ведь им бежать до нас почти два километра. Твою мать… Всё-таки это проблема. Огромная, гигантская, мать его, проблема! Я заметил, что в руках одного из бойцов блеснул прицел снайперсой винтовки, и внутри всё похолодело.

— В лодку, живо! Живо, мать вашу!

Леший, Серёга, Макар, Остап и Артём запрыгнули в байдарку, и все стали грести. Прогремел выстрел, и пуля со свистом вошла в воду, подняв фонтанчик брызг. Это было совсем рядом. Жалкий метр — и снайпер попал бы в одного из нас. Осознание того, что снайпер просто пристреливается, обожгло разум. Зараза. У нас меньше минуты до того, как все пули начнут ложиться точно в цель.

Я налёг на весло что было сил. Загребал воду как только мог, но мы двигались слишком медленно. И потом я понял, почему. Леший, Серёга и Артём сидели впереди и гребли, не жалея себя. Позади же разместился Макар. Я обернулся и увидел, что Макар развернулся лицом к хвосту лодки — и просто сидел, задумчиво глядя на воду.

— Макар! Ты совсем охренел⁈ — заорал я и услышал, как прогремел новый выстрел.

Странно. Вокруг гремят десятки взрывов, тысячи выстрелов, а я сумел различить тот самый. Выстрел из снайперской винтовки. Громогласный хлопок донёсся до моих ушей с запозданием. Сначала я увидел, как пуля пробила плечо Макара и ушла в воду. В белоснежной рубахе парня появилось отверстие, вокруг которого расползлось красное пятно. Но Макар даже не дёрнулся.

Затаив дыхание, я смотрел на него и улыбался. По каналам парня струилась мана. Мана прокатилась синеватым свечением от ног и устремилась в голову, где задержалась на пару секунд, формируя концентрированный поток энергии, после чего Макар выплеснул её из глаз.

На мгновение мне показалось, что всё двоится. Фигура Макара поплыла и разделилась на две. Одна осталась в нашей лодке, а вторая уплыла влево на иллюзорной. Вместе с двойником Макара плыл я, Серёга, Прохоров, Остап и Леший. Идеальная копия — при условии, если не смотреть на лица ребят. Носы, рты, глаза и губы были перекошены, как будто их нарисовал умственно отсталый художник.