Книга Эволюционер из трущоб. Том 3, страница 61 – Антон Панарин

От взрыва в доме выбило все стёкла и начался пожар. На улицу выползли пять контуженных крыс, которые совершенно не соображали, что происходит, и где они находятся. Капитан без особого труда добил их, после чего закинул меня на плечо и побежал в сторону Арти. Впрочем, бежал он зря, за нами никто не гнался.

Трясясь на могучей спине Гава, я с грустью смотрел на пылающий дом. Там горят мои Слёзы Мироздания. Жалко, можно было пустить их в дело. А ещё и копьё осталось лежать на траве. Обидно… Чёрт! А ведь может стать ещё обиднее! Нужно срочно перепрятать награбленное.

Вовремя спохватившись, я запустил руку в карман, нащупал там золотую жемчужину — и отправил её в хранилище. Следом призвал окровавленное полотенце, а на освободившееся место, закинул клык убитого мной шамана. Всё. Теперь можно жить спокойно… В кармане Гаврилова зазвенел телефон, на бегу он вытащил его, и я заметил, что на экране звонящий подписан как «Барон Архаров»…

Екатеринбург.

Поместье Архарова.

В ворота въехал броневик камуфляжной расцветки. Гвардейцы, пропустив машину, тут же заперли ворота и бегом сопроводили транспорт до самого входа в поместье. Массивные двери броневика отворились, и из них, кряхтя, вылез барон Архаров Константин Игоревич. Одет он был в гвардейский мундир оливкового цвета без знаков отличия. На передовой любые знаки отличия могли стоить ему жизни.

— Твою мать. Спина затекла, пока доехали, — выругался он, делая наклоны из стороны в сторону.

На лестнице поместья показалась мать барона. Маргарита Львовна, улыбнувшись, неспешно пошла вниз.

— Как прошла командировка? — спросила женщина и протянула руку статному гвардейцу, который отважился помочь довольно крепкой старушке.

— С переменным успехом, — хмыкнул Архаров. — Выбили бойцов Малышева из Буланова, Фомина, Шмакова, поджали их до Лесного посёлка. Вроде, город в полукольцо взяли, а выбить оттуда не можем. Окопался этот гадёныш знатно.

— Ну так ведь он засел в укреплениях, возведённых тобой. А ты как никто другой разбираешься в войне, — подбодрила мать сына.

— Разбираюсь. Но не думал я, что однажды город у меня отберут. Иначе наделал бы потайных ходов и отбил бы его за пару недель. А мы в итоге уже три года ковыряемся, — недовольно буркнул Константин Игоревич, подставил матери локоть и направился вместе с ней в поместье.

— А где сейчас Юра?

— На границе с Черчесовым. Вернул почти всё, что мы потеряли. Да, если честно, Черчесов и не особо-то сопротивлялся. Аномалия жрёт его земли, как раковая опухоль, вот граф и отошел назад, чтобы сохранить то, что осталось.

— Что посеешь, то и пожнёшь, — философски сказала Маргарита Львовна. — Он развязал войну — и сам же утонул в крови.

— Мама, я столько войн уже развязал, что если бы твой бумеранг существовал, он бы давно снёс мне голову, — усмехнулся Архаров.

— У тебя чугунная голова. О такую любой бумеранг сломается, — улыбаясь, ответила Маргарита Львовна и шутливо постучала кулаком сыну по лбу.

— Обожаю твой юмор. Если бы ты родилась мужчиной, то отлично бы вписалась в мою гвардию.

— О нет, мой хороший. Не хочу я иметь дела с гвардейцами. Хватило с меня брака с твоим папашей, — закатила глаза женщина.

— А чего с ним не так? Отважный был человек.

— Да, отважный. Но и умом не блистал. Склеил ласты, а ты до сих пор разгребаешь кашу, им заваренную.