Книга Не грози Дубровскому! Том ХI, страница 79 – Антон Панарин

Мы прогулялись пару кварталов в сопровождении пронзительного ветра и остановились рядом с двухэтажным зданием. Вывеска у входа гласила «Ломбард дядюшки Шульмана».

— Ломбард? Ты серьёзно? — скептически спросил я, посмотрев на Картаполова.

— Более чем. Заходи, сам посмотришь что у него есть, а то тут холодно, сил нет. — Картаполов запахнул ворот тулупа и в эту секунду в меня на всём ходу врезался парень лет двенадцати на вид.

От удара он упал на землю, поморщился от боли, а после вскочил и побежал дальше выкрикнув:

— Не серчай дядь!

— А это случайно не твой бумажник? — спросил Михаил, не сводя взгляда с пацана, который на бегу засовывал за шиворот украденное.

— Да плевать. Пусть бежит, — отмахнулся я и потянулся к дверной ручке.

— Ага, ещё чего! Сейчас я ему уши надеру! — выкрикнул Михаил, готовясь поймать беспризорника.

— Да идём уже! — схватил я за ворот Картаполова и втолкнул в ломбард.

Внутри пахло деревом и пылью. За стойкой сидел седой мужик, на носу очки с диоптриями и радушная улыбка на лице. Заметив нас, он отложил в сторону часы, которые секундой ранее пристально изучал, и улыбнулся ещё шире, так что показалось, будто он пытается улыбкой разорвать своё лицо.

— Таки здравствуйте, дорогие гости! Я рад приветствовать вас в ломбарде дядюшки Шульмана! Скажите, что вас привело сюда? Нужда или ищете нечто необычное? — торговец потёр руку об руку и уставился на нас в ожидании.

— И вам не хворать. Нужно артефактное кольцо, которое не стыдно подарить невесте, — обрисовал я желаемое и облокотился о стойку.

Вокруг были горы хлама. Часть из которого Шульман рассортировал и выложил на стеллажи, а другая часть просто лежала на полу насыпью. Чего тут только не было. Картины, посуда, мечи, сковородки, походные наборы, одежда и даже сексуальные игрушки. Интересно, а игрушки тоже артефактные?

— Таки я вас услышал. Дайте мне пару минут и я смогу вас поразить до глубины души, — театрально выпалил он, поклонился и побрёл рыться в барахле.

— А вы отважный человек, — подметил я.

— Таки шо вы имеете в виду? — спросил Шульман, отодвинув в сторону ящик, казавшийся неподъёмным.

— У вас столько ценностей, но в лавке, как я понимаю, работаете только вы. Не боитесь, что ограбят?

— Ой. Таки я вас умоляю. У меня этих грабителей целая бочка, — Шульман кивнул в сторону бочки, стоящей у входа, она была полна чёрной пыли, похожей на золу. — Вламываются, идиоты, я нажимаю пару кнопок, а после защитные артефакты испепеляют их до тла. Отработанная схема. Я вас уверяю. Кстати, если вам нужно удобрить цветочки, картошечку, или ещё чего, то берите забирайте хоть всю бочку. К концу месяца у меня будет новая заполнена до краёв.

Слушая старого еврея, я поразился с какой лёгкостью он относится к ограблениям. А больше меня позабавило, как буднично он говорил о смерти. Видать, и правда для него нападения превратились в рутину. Наконец Шульман нашел то, что искал, и протянул мне чёрную коробочку.

— Уверен, вы будете в полнейшем восторге, — заявил торговец, снял очки и стал их протирать.

Открыв коробку, я увидел невзрачное кольцо в виде кошки, схватившей саму себя за хвост. Кольцо выглядело дёшево и мало того, что не тянуло на обручальное, так ещё и по размеру подошло бы только ребёнку. Увидев разочарование на моём лице, он поспешил пояснить.