Книга Барон пограничья, страница 154 – Светлана Шёпот

До вечера прослонялся по стене, а потом с чистой совестью пошёл в облюбованный дом.

Пока я ел, Хан притарабанил откуда-то здоровенную лохань, размером с ванну, и сейчас сосредоточенно таскал в неё воду.

— Вам погорячее, милорд?

Я потрогал воду и довольно зажмурился. Водичка, что надо.

— Где лохань взял? – спросил, быстро раздеваясь.

— Так в едальне нашёл.

— Таки прям нашёл? – прищурился я, забираясь в ванну и блаженно прикрывая глаза. Водичка была, что надо.

— Так я же за находку медяшку хозяину отдал. Лохань старая, почти потрескавшаяся, медяшку тому борову за глаза хватит.

Я оглядел свою ванну, не замечая ни трещин, ни каких других повреждений. Нормальная, крепкая лохань.

— Дай мне рубашку мою.

Хан тут же подчинился. Я достал из потайного кармана мешочек с деньгами, протянул его Хану.

— На расходы. В следующий раз нормально плати хозяину за вещи. Не хватало, чтобы нас ещё ворами обозвали. Вещи снеси женщине какой-нибудь, пусть постирают. Заплати только за работу. Всё понял?

— Понял, милорд.

Вздохнул, принялся намыливаться, совершенно выбрасывая из головы инцидент с лоханью. Помывшись, оделся в чистые вещи, которые мне давно уже принесли сюда из дворца. Сразу почувствовал себя человеком. Высушил волосы, перетянул их шнурком, в который раз порываясь обрезать, но опять же в который раз передумывая. Прилёг на кровать и даже не заметил, как уснул.

Проснулся я резко, словно и вовсе не спал. Дверь тут же открылась, в комнату вошёл Хан. Увидев, что я проснулся, он поздоровался, поставил поднос с едой на стол.

— Как там, Хан? – спросил, умываясь прохладной водой из тазика. Хотел почистить зубы, но не нашёл порошка. Огляделся. Хан тут же сунул мне в руки мешочек.

— Так, ночью пытались открыть ворота изнутри. Пятеро стражников погибло.

— О, – я сплюнул немного горчащую массу, которой чистил зубы. – Опять предатели?

— Ага. Умар сказывал, что один вражина, живший в городе с десяток лет уже, остальные местные. Налил в уши медовки, что при зачарийцах их чуть ли не в короли возведут, вот и пошли своих же бить.

— А гости наши там как?

— Гости?

— За стенами которые, – пояснил, вытираясь. Вспомнить бы, как нормальная зубная паста делается, а то чистить зубы этой гадостью уже поднадоело.

— Так стоят, проклятые. Колотить перестали, но ещё немного и подошли бы ближе.

— Вот как, – подхватив с миски куриную ножку, с наслаждением впился в нее. – А таран? Видно хоть его?

— Видно. Обычный таран. Бревно подвешиваешь и качаешь, оно и долбит по воротам. Только большой уж сильно.

— Хм, – я задумался, попутно сметая всё, что принёс мне Хан поесть. Если зачарийцы сделали таран, значит, у них есть что-то, что поможет им избежать уничтожения машины. Что это может быть? На ум приходит только какой-нибудь воздушный барьер, не дающий попасть на легковоспламеняющееся дерево ни огню, ни горячей смоле.

Плохо, но не смертельно. У меня на воротах тоже есть барьер. Надеюсь, что им придётся весьма и весьма потрудиться, чтобы хотя бы чего-нибудь добиться. Да и мы сидеть не будем.

— Ещё чего-нибудь было?

— Так, пару драк было ночью. Едальню одну спалили. А так больше ничего и не было, милорд. Тишина, люди по домам сидят, носа не кажут.

М-да уж, трактир сожгли это у них тут тишина называется.