Книга Ты не заслуживаешь любви, страница 8 – Татьяна Катаева

— Только вот почему-то от Ахмата тебе не воротит, — кричит моё подсознание. — Почему-то не уволилась из их дома сразу же после того инцидента.

— Мне нужны деньги, — отвечаю мысленно подсознанию. — И вообще, заткнись. Тебя никто не спрашивал.

— Когда уже и на моём члене поскакаешь? А? Я тебе за это сделаю вот так, — подставляет он к своим губам расставленные два пальца и суннит между ними язык. Ну не придурок?!

— Я могу тоже тебе сделать вот так, — беру средний палец, выставив его перед его лицом.

— Сука. Ты ещё сама приползешь, — злобно шипит он и продолжает свой бег.

— Да что, других членов недостаточно что ли? Я и на другом могу поскакать, — кричу ему вслед.

Разве меня можно назвать умной? Это вряд ли. Хотя IQ у меня выше среднего, и тупой уж точно не являюсь, тем более коль удалось поступить на бюджет. Но... сейчас я необдуманно совершаю две ошибки. Первая — кричу слишком громко, вторая — привлекаю внимание мимо проходящих студентов. И как назло, среди них есть Даниил Ахматов.

Он поворачивает голову в мою сторону, я даже резко выпрямляюсь. Желание накинуть на голову капюшон полощет мой мозг так активно, что приходится сжать руки в кулаки. Я, конечно, ничего не делаю, так и стою на месте, и мечтаю лишь об одном — отвести взгляд в сторону и не видеть его. Вот только сколько бы мозг об этом не кричал — не выходит. Мои глаза цепляются за его острые скулы, пухлые губы, которыми он меня целовал...

— И оскорблял. Забыла, серая? — снова кричит мой разум. Да, он у меня умный. Отчего же я всё время поступаю неразумно?!

Даниил заостряет взгляд и кривится так, будто съел только что лимон. А я вспоминаю тот момент, когда его мать спасла и вытащила меня из лап этого зверя. Придурка. Безчеловечную скотину.

— Она. Наша. Служанка? — спрашивает членораздельно и с таким отвращением, что мне самой скривиться хочется. Будто от меня несёт рыбой, которая пару месяцев лежала на солнце. Даже подварачивает от такого сравнения. Но я же не вонючая рыба. Я человек, который работает и честно зарабатывает деньги.

— Да, Даня. Будь ты повнимательнее, то заметил бы Полину. Она у нас больше двух месяцев работает.

Его руки размыкаются, и я с грохотом падаю на пол, больно ударяясь коленками. Руки автоматически тянуться ко рту и вытягивают кляп.

— Я пыталась ему сказать, Владлена Геннадиевна, но не успела, — пытаюсь оправдаться я.

— Ступай, — строго говорит она, — у тебя же выходной. Завтра тоже. А ты, пойдём поговорим, — показывает на сына пальцем.

— Не утруждай себя, мама, я понял. Вышло...

Думаю, он хотел сказать недоразумение, путаница, ошибка. Но увы, такие как он свои ошибки никогда не признают, а тем более при посторонних.

— Больше не коснусь этой... — его холодный взгляд полоснул, как будто лезвием ножа. Брезгливый и омерзительный, такой же, как и он сам. Наверное, ещё никогда в жизни я не чувствовала себя более никчёмной, хоть жизнь у меня далеко не сахар.

Как только Ахмат отворачивается, я прихожу в себя и вспоминаю, что вообще-то я сейчас не в его доме, и я не служанка. Я студентка вуза, в котором он тоже учится, а значит — мы на ровных.

Уф, как бы мне этого хотелось. А пока это кажется чем-то нереальным, из области вон выходящее.

— Ракушка, ты походу неут от мигеры хочешь? Почему тут застыла? — Анжелика ещё один круг пробежала, а я всё также стою на месте. Даже Ахмата не видно, скрылся с поля зрения со своими друзьями, такими же придурочными, как и он.