Книга Беги, чтобы остаться, страница 62 – Ольга Новикова

Он сделал паузу, и Денис почувствовал, что дальше будет «но».

— Но, — продолжил Олег Станиславович, — надо развивать проект. У нас есть ресурсы. Я предлагаю внедрить монетизацию: подписка на расширенные маршруты, спонсорские интеграции с кофейнями и коворкингами, продажа обезличенных данных городским службам для оптимизации потоков.

Денис почувствовал, как ладони становятся влажными. Монетизация. Спонсоры. Данные.

— Олег Станиславович, проект изначально задумывался как анонимный. Наши пользователи — люди с высокой социальной тревожностью, — произнесла Ирина.

— Рынок диктует свои условия, — произнёс громко Олег Станиславович.

Денис сжал подлокотники.

В переговорную зашёл Максим. Неожиданно для Дениса тот выступил в поддержку монетизации. Он привёл цифры: при минимальной подписке в триста рублей в месяц проект окупится за три месяца.

— Пойми, — говорил он, обращаясь к Денису, — мы можем сделать мир удобнее. Тихие маршруты можно адаптировать для всех. Но для этого нужны деньги.

Денис молчал, чувствуя, как внутри нарастает злость.

— Я предлагаю сделать проект устойчивым, — продолжил Максим.

Ирина сидела между ними и молчала. Она понимала, что любой её комментарий только усугубит раскол.

— Денис, я понимаю твою позицию. Но даю тебе возможность подумать до пятницы. Либо ты принимаешь коммерческую модель, либо мы пересматриваем твою роль в проекте, — произнёс Олег Станиславович.

Следующие дни после совещания прошли в странной обстановке. Работа кипела. Денис уже попал в паутину, но ещё не осознал этого.

Он начал замечать Ирину повсюду. Она часто появлялась возле его стола. Не говорила ничего конкретного — просто проходила мимо, задерживалась на мгновение, бросала короткий, оценивающий взгляд. Иногда она останавливалась рядом с Максимом, склонялась к его уху и что-то шептала. Максим кивал, не поднимая глаз от монитора. Эти шёпоты были слишком тихими, чтобы их расслышать, но слишком демонстративными, чтобы их не заметить.

— Ты это видишь? — спросил однажды Станислав, когда они пили кофе в холле.

— Вижу, — ответил Денис. — Но не понимаю, что это значит.

Станислав помолчал, глядя на пену в своей чашке, потом поднял взгляд:

— Это значит, что твой проект перестал быть просто проектом. Кто-то хочет его забрать.

В пятницу утром Денис пришёл в офис на час раньше — потому что дома не мог усидеть на месте. Он ходил из угла в угол по своей маленькой квартире, заваривал кофе и не пил его, открывал книгу и не читал.

В полдень он зашёл в переговорную. Олег Станиславович стоял в центре, широко улыбаясь. Рядом, на низком диванчике у окна, устроилась Ирина. Она держала планшет, её ногти, накрашенные ярким коралловым лаком, постукивали по экрану. Максим стоял у окна и смотрел на падающий снег.

— Садись, Денис, — Олег Станиславович указал на стул напротив себя. — Мы тут посовещались и пришли к выводу, что твой план слишком рискованный. — Он произнёс это медленно, словно объяснял сложную теорему. — Компания не может ждать три месяца. Нам нужны гарантии. Понимаешь?

— Мы теряем время. Каждый день промедления снижает коммерческий потенциал. Пока конкуренты не вышли на рынок с аналогичным продуктом, мы должны занять нишу. Это ведь очевидно, — произнесла Ирина.

Денис посмотрел на Максима — тот отвёл взгляд.