Книга Измена. Вне зоны действия любви, страница 9 – Надежда Волгина

За завтраком она познакомилась с Валентиной, которая категорически попросила Машу обходиться без отчества.

— Не такая уж я и старая, чтоб по отчеству меня величать. Куда как лучше по-простому, – добродушно осадила ее повариха.

— Сырники очень вкусные! – похвалила Маша, накладывая себе на тарелку очередной творожный кругляш.

— Вот и ешь на здоровье, – довольно зарделась Валентина. – Только… что же ты, бедняжка, делала вчера на улице в такую-то погоду? – не сдержала женщина любопытства.

Судя по виду Лизы, ее этот вопрос тоже интересовал. Маша же не знала, что можно ответить. Как-то стыдно было рассказывать, что муж выгнал ее из дому без ничего. Поступил подло и низко он, а стыдно ей. Ну не парадокс ли?

— Вижу, что оказалась ты в трудной жизненной ситуации, – снова заговорила Валентина, когда поняла, что ответа не услышит. – Ну да ничего. Тебе повезло встретить хорошего человека. Если уж хозяин привез тебя домой, то теперь в беде точно не оставит и поможет.

— А… кто он? Кто живет в этом доме? – задала Маша вопрос, ответ на который волновал ее с ночи.

— Так Антон Владимирович и живет – хозяин наш и хороший человек, – рассмеялась повариха.

— Дом большой… Наверное, у него большая семья?

— У кого? У хозяина-то нашего? – еще громче рассмеялась женщина. И Лиза тоже почему-то развеселилась. – Холост он еще. Да и какие его годы?.. Гости, правда, часто бывают в доме. Мы вот с Лизонькой тоже тут живем. А еще садовник наш – Степан Петрович. Так что, дом хоть и большой, но не пустует. А у охраны свой домик имеется…

Не то чтобы Маша многое узнала за завтраком о своем спасителе, но кое-какая ясность появилась. Если судить по той характеристике, что дала хозяину кухарка, то можно предположить, что человек он добрый и душевный. А это значит, что на улицу он Машу не выставит, а, возможно, даст ей какую-нибудь работу в доме. На первых порах это было бы неплохо, ну а дальше она уже решит, как быть и жить.

— Давай, помогу тебе с уборкой? – предложила Маша Лизе, когда Валентина прогнала их из кухни сразу после завтрака.

— Да я вроде и сама справляюсь, – удивилась горничная.

— Ну ты же понимаешь, что я в этом доме не гость. И не могу же я сидеть без дела или слоняться из угла в угол.

— Уговорила, – улыбнулась девушка. – Я и сама не могу без дела. Я ж из деревни, а там день начинается с петухами, и работы всегда хватает… Инвентарь можешь взять в подсобке. Я тогда сейчас здесь допылесосю, а ты потом полы вымой…

— А это кто? – привлек внимание Маши портрет на стене. Изображена была на нем очень красивая женщина, с шикарными каштановыми волосами.

— А это матушка хозяина, ныне покойная, – вздохнула Лиза. – Говорят, любил он ее очень сильно. И померла она совсем молодая. Жить еще и жить…

— А от чего она умерла?

— Даже не знаю, – пожала девушка плечами. – Валентина ее застала, но и она об этом не рассказывала.

Кухарка Маше показалась очень даже разговорчивой. И должно быть, сплетни любила, как все болтушки. Что же такого в смерти этой женщины, если даже она об этом молчит?

Во время уборки Маша нет-нет, да посматривала на портрет. И каждый раз глаза изображенной на нем женщины казались ей всё более печальными. Да и от самого портрета веяло тоской или горем. Но возможно, то было лишь воображение Маши на фоне собственных проблем.