Книга Измена. Вне зоны действия любви, страница 70 – Надежда Волгина

Почему-то ей вдруг показалось, что уже наступило лето.

— Ты спала под снотворными. Со вчерашнего дня… Врач, сказал, что так для тебя лучше, чем сразу приходить в сознание после такой травмы. Но заверил, что ты поправишься.

— Почему я здесь, а не в больнице?

— Потому что так решил я, – пожал плечами Мельников. – Тут тебе будет удобнее, а мне – спокойнее.

— А ты всегда и всё решаешь за всех?

— Не всегда, а с недавних пор. И не за всех, а только за тебя…

Мельников смотрел на нее слишком пристально. Что ответить, Маша не находилась. От его прямоты и такого взгляда она немного растерялась. Да и голова мешала мыслить разумно.

— Пойду распоряжусь насчет завтрака, – встал и потянулся Мельников, так и не дождавшись ответа. – И да, предвидя твои вопросы, сразу скажу – здесь ты останешься до полного выздоровления. Под присмотром врача и моим, – с этими словами он покинул комнату.

— Доброе утро, Антон Владимирович! Ну как там наша болезная? Вот ведь судьбинушка какая. Второй раз девчушка попала в ее оборот. И снова вы оказались в роли спасителя, – запричитала Валентина, едва Антон вошел в кухню.

— Не говорите ерунды! – пришикнул он на кухарку. – Судьбинушка эта свела нас единожды и уже давно. А вчера в оборот, как вы выразились, мы попали оба. Просто, кто-то оказался упрямее, чем я думал. И я тут не для того, чтобы мусолить эти события. Что там с завтраком?

— Да уже почти готов, хоть и рано еще. Хотите, накрою пораньше?

— Не нужно накрывать стол, Валентина. Попросите Лизу принести завтрак на двоих в гостевую комнату. Нашей болезной, – с усмешкой добавил он, – пока еще следует оставаться в постели. Ну а я составлю ей компанию.

— Как скажете, Антон Владимирович, – кивнула кухарка. – Через десять минут все будет готово… Антон Владимирович, – окликнула его Валентина уже в дверях.

Он обернулся, но промолчал. Кухарка выглядела не такой уверенной в себе, как всегда. И на нее это не было похоже.

— Можно я поделюсь с вами личными наблюдениями?

— Ну давайте, – не знал, к чему готовиться на тот раз, Антон.

— Мария… она мне сильно напоминает вашу покойную матушку.

— Не вижу ничего общего, – пробормотал Антон, не зная, как относиться к тому, что только что услышал. Правильнее всего, наверное, было бы сделать строгий выговор Валентине. За излишнюю фамильярность.

Да и не похожи были его мать и Мария. Если даже посчитать их обеих ангелами, то мама бы была темным, а Мария – светлым. Обе ангелы, но полные противоположности.

— Не видите, потому что молоды еще, – по-доброму улыбнулась Валентина. – И потому что ищите внешнее сходство. Нет, тут вы правы – внешне они не похожи, но внутри… Внутри вашей матушки был стальной стержень. Несгибаемый, закаленный временем. И точно такой же стержень есть у Машеньки. Поверье мне, я его вижу. Этот стержень и не дал ей сломаться…

Стержень? Разве у мамы такой был?.. Антон стоял перед портретом матери и всматривался в её глаза. Как делал тысячу раз уже, наверное, пытаясь найти в них ответ на единственный вопрос – почему? Теперь вопросов стало два. Если по словам Валентины в маме был стержень, то какой же силы боль способна его сломать?

Хватит! – тряхнул Антон головой и отвернулся от портрета. Все возможные вопросы, так или иначе, уже давно стали риторическим. Мамы нет, и ответить на них никто не сможет. А жизнь продолжается, и наверху его ждет девушка, от мыслей о которой у него переворачивает душу. Так было и раньше, но с недавних пор это стало невыносимым. В душе появилась пустота, которая требовала, чтобы её заполнили. Но чем? И почему только когда смотрит на Марию, сосущее чувство притупляется?