Книга Если б не было тебя..., страница 108 – Надежда Волгина

— Артур, — позвала она, — посмотри на меня.

Так болело в груди! Комок рос, все сильнее мешая дышать.

Артур с трудом оторвал взгляд от цветов. Возможно, он умрет прямо сейчас, если увидит в ее глазах холод… В них было сочувствие, понимание с толикой грусти, где-то в самой глубине.

— Почему ты не сказал мне? — спрашивали губы Дианы, а Артуру казалось глаза. — Почему ты не рассказал мне всего, а вместо этого решился на операцию? — в глазах появилась обида. — Ты мне совсем не доверяешь?

— Как ты узнала?

— Разве это важно? Ответь на вопрос. Ты мне не доверяешь?

— Наверное, я не доверял себе, — подумав немного, ответил Артур.

— Как ты мог подвергнуть свой талант риску? — в глазах Дианы появилось осуждение. — Ведь он не принадлежит тебе, как бы высокопарно это не звучало.

— Я не мог…

Он хотел сказать, что не мог потерять ее.

— Без твоей…

Без твоей любви, талант мне не нужен.

— Я люблю тебя, — только и сказал он.

Что еще он мог сказать? Как еще мог оправдать свое поведение?

— И я тебя! Тебя, понимаешь? А не твой талант или способность видеть. Вернее, я все это люблю в тебе, — Диана рассмеялась. — Совсем запуталась в правильностях.

Вот так все просто? Три слова и отражение этих слов в глазах.

Артур и Диана.

— Сиди, не двигайся. Осталось совсем чуть-чуть.

Артур наносил последние штрихи на портрете. Рисовать с натуры оказалось труднее, чем по памяти. Особенно, учитывая, что натура попалась непоседливая — все время вскакивала и подбегала к нему, чтобы поцеловать.

— Ты рисуешь меня уже два часа, — захныкала Диана, заерзав на стуле. — Я устала и есть хочу.

— Это еще мало. Бывает и дольше рисуют, — Артур отошел от мольберта, рассматривая изображение. — Почти все… закончил.

Тяжело дыша, в дверь мансарды протиснулась Люда, неся огромный поднос.

— Сидите тут, как кроты в норе, — проворчала она, ставя поднос на стол и включая свет. Возмущенный возглас Артура проигнорировала и принялась разливать чай в чашки. — Между прочим, уже давно время ужина, а ты все мучаешь бедную девочку.

— Вот именно, совсем замучил, — Диана подошла к Люде и стала помогать ей накрывать на стол. — М-м-м, пирожки?

— Нажарила вот, с картошкой. Любишь?

— Обожаю! — Диана быстро поцеловала Люду в щеку, от чего та засмущалась. Она еще не забыла, как несправедлива была к девушке совсем недавно.

— Ну, и ешьте свои пирожки. А я тут сам справлюсь, — деланно-сердито проговорил Артур.

— Я тебе дам, ешьте свои пирожки, — пригрозила Люда.

Она подошла к племяннику и заглянула через плечо.

— Как же это красиво, дорогой, — растроганно произнесла тетя.

Это была картина, которую Артур мечтал нарисовать с детства, часть которой он изобразил однажды, но без основного элемента. Это был его замок, который родился в воображении когда-то давно, когда Артур читал «Сказку о мертвой царевне». Именно сюда, в центр картины, просились пушкинские строки:

В заброшенности полуразрушенного замка витал дух одиночества и тоски, унылости и разочарования. Ни разу до этого Артур не пытался прописывать центральный эпизод картины. Не было у него образа на роль девушки. Пока он не встретил Диану… Она стал его единственным образом, и картина, наконец-то, приобрела законченный вид.