Книга Если б не было тебя..., страница 101 – Надежда Волгина

Диана до такой степени испугалась собственной реакции, что поспешно проговорила:

— Пойдем отсюда… Пойдем скорее куда-нибудь. К морю…

До набережной было рукой подать, и она заспешила в том направлении. Она почти бежала, так что Артур еле поспевал за ней.

Слезы разочарования застилали глаза. Диана скорее дала бы отрубить себе голову, чем показала бы Артуру всю глубину своего отчаяния. Она шла как могла быстро, чтобы встречный ветер высушил следы слез на лице. Она кусала губы, чтобы остановить их поток, и старалась не шмыгать носом. У нее получилось — когда они достигли набережной, от слез не осталось и следа, только покрасневшие глаза немного выдавали состояние Дианы, но Артур списал это на ветер и быструю ходьбу.

Они зашли в давно облюбованное кафе и сели за столик под навесом, откуда хорошо просматривался пустынный пляж и почти спокойное море. Артур знал, что она любит из еды и сделал заказ за них двоих.

Диана понимала, что Артур ждет, когда она что-нибудь скажет. Но, как заговорить и не разрыдаться у него на глазах? Она смотрела на море и чувствовала себя глубоко несчастной, как брошенная собака. Она молчала, а он ждал, словно не хотел мешать ей думать. Он просто смотрел на нее, как она на море. Взгляд жег кожу, но Диана не поворачивалась в его сторону. Она не хотела разговаривать сейчас. Вернее, она точно знала, что хочет услышать от Артура, что он никуда не поедет, что не разлучит ее с ним на целых две недели. Но он молчал.

Почему в кафе всегда играет такая дурацкая музыка, которую принято называть курортной? Диане хотелось зажать уши и не слышать унылые завывания какого-то шансонье. Что за стереотип, разве приехавшим отдыхать на курорт обязательно должна нравиться такая эстрада? Если уж на то пошло, то есть много красивых эстрадных песен, и даже шансон бывает разный, но в кафе почему-то крутят одно и то же, не самое качественное.

Принесли заказ. Перед Дианой поставили тарелку с ее любимой форелью. Запах, который должен разжигать аппетит, вызвал у Дианы приступ тошноты.

— Почему не ешь? Ты же всегда голодная после занятий? — спросил Артур, с улыбкой наблюдая, как Диана ковыряет вилкой рыбу.

— Сегодня нет. Я перекусила в буфете, — Диана быстро посмотрела на Артура. Прятать глаза и дальше становилось неприлично. Она пыталась вести себя естественно, а для этого нужно было выглядеть соответственно.

Видно, не слишком быстро у нее получилось, или Артур что-то успел прочитать в ее взгляде, только в следующее мгновение его теплая рука накрыла ее и несильно сжала.

— Диана, любимая! Я тебе обещаю, что у нас будет все хорошо. Я приеду, и все будет хорошо. Ты только верь мне.

Она посмотрела на него. Какие же у него добрые глаза, и сколько в них любви! Почему раньше она не замечала этого? Или не хотела замечать? Проще было считать их дикими или ненормальными? Диана знала ответы на все эти вопросы, смысла таиться от себя не видела. Просто, раньше она не верила в его любовь, все время искала, к чему бы придраться. А сейчас поверила. Словами можно обмануть, но глаза говорят правду.

Она пожала его руку и улыбнулась.

— Я верю тебе, правда.

Диана наклонилась и потерлась щекой об его руку. Это был порыв, с которым она не смогла или не захотела совладать.

Вечером, сидя в кровати и утопая в пуховой перине, в личной комнате в доме Моны, Диана поняла, что не хочет ничего менять. Она любит Артура, как не любила никого до этого. Она готова терпеть любые странности, лишь бы он всегда находился рядом. Главное, что он тоже любит ее, и она в это верила.