Книга Массажистка, страница 22 – Надежда Волгина

— Черт! Даш! Что с тобой? — поднял он ее и прислонил к стенке, удерживая в вертикальном положении.

Даша честно постаралась ответить, но получилось выдавить только хрип. Пожалуй, Антон был единственный, кому сейчас она не обрадовалась, ведь именно он виноват, что она умирает.

— Черт! Да ты огненная! — прикоснулся он к шее Даши, и его рука показалась ей ледяной.

Антон подхватил ее на руки и отнес на кровать. Дальше Даша уже только слышала, глаза открыть сил не осталось. А Антон звонил, меряя шагами ее комнату. Сначала в скорую и говорил так, что она на месте скорой прилетела бы через минуту. Потом какому-то Виталию Сергеевичу — просил того как можно скорее подъехать к нему домой. Потом еще кому-то, но это Даша уже фиксировала плохо.

Очнулась она от того, что Антон задирает ей пижамную кофту. Из последних сил Даша вцепилась в нее, твердо намереваясь помешать ему. Неужто он не видит, в каком она состоянии? Теперь ему захотелось видеть ее обнаженное тело, без этого дурацкого белья?

— Нужно измерить температуру, — убрал он ее руки и все же пробрался под кофту, вставляя подмышку термометр. — Это первое, что спросит врач скорой…

Ей так о многом хотелось его спросит. Например, откуда он знает ее адрес и какого черта делает в ее доме? Но говорить не получалось совсем. Каждое движение языком причиняло нестерпимую боль.

Антон достал термометр, и до слуха Даши донеслись новые ругательства. И в этот момент в дверь позвонили. Приехала скорая.

— У нее температура сорок с половиной, — сообщал Антон. — И кажется, она без сознания.

Ошибаешься, дружок, она в сознании, просто тебя видеть до чертиков не хочет.

Даша заставила себя открыть глаза и посмотреть на пожилого доктора и молоденькую медсестру. Антона она старательно не замечала.

— В сознании она, молодой человек, и судорог я не наблюдаю, что тоже является хорошим признаком. А вот вы могли бы быть и поумнее.

— В каком смысле?

— В таком, что такую температуру нужно сбивать любыми подручными средствами, если таблетки не помогают, хотя бы на градус. Раздевайте ее живо! Где у вас находятся простыни? — обратился к Даше.

Она показала на верхний ящик комода. Медсестра метнулась туда, по хозяйски доставая простыню и отправляясь с той в ванную.

— Молодой человек, а вы чего застыли как изваяние? Снимите с нее пижаму, будем делать влажное обертывание.

— Нет, — услышала Даша свой голос и затрясла головой, рискуя потерять ту.

— Успокойся, — прошептал ей на ухо Антон, хватая за руки, которыми она пыталась его оттолкнуть. — Меньше всего меня сейчас интересуют твои прелести.

И Даша сдалась на милость победителя, просто потому что сил сопротивляться не осталось.

Что происходило дальше она помнила местами. Антон раздел ее догола и вдвоем с медсестрой они обернули ее влажной простыней. Сразу стало так холодно, что Даша тихонько заскулила. Потом ее снова вернули в кровать, освободив от мокрой тряпки и накрыли сухой простыней. Все это проделывалось быстро, молча и сосредоточенно под неусыпным контролем доктора.

— Поставьте ей термометр, — велел суровый дядечка Антону и отдал приказ медсестре. — Вика, вколи ей тройчатку.

Укол оказался жутко болезненным, но еще сильнее Даша страдала от унижения, что Антон всему этому свидетель и участник. Именно к нему обратился доктор, когда провел первичный осмотр.