Книга Массажистка, страница 136 – Надежда Волгина

Кто сказал, что девушка не может сделать первый шаг к сближению? Ерунда! Стереотип, который уже можно считать атавизмом. Может и должна, если не видит другого выхода, если от этого зависит ее жизнь. Рассуждая так, Даша чувствовала, как задыхается без Антона. Именно он ей жизненно необходим, как воздух и вода. Без пищи можно прожить какое-то время, а без Антона она не хотела оставаться ни здесь, ни где-нибудь еще ни минуты! Она его любит! Со всеми недостатками, со всем тем странным, чего пока еще не понимает. Но и это она поймет и примет со временем, ведь любовь подразумевает прощение и компромиссы. Из них строится жизнь, которую только и можно назвать счастливой. И такую жизнь она хочет строить только с Антоном.

Если, конечно, он позволит. Что если он обиделся на нее? Или разозлился и больше не хочет видеть? Ведь возможно же такое, что он всеми силами попытается вычеркнуть ее из жизни во второй раз. От этой мысли Даша даже похолодела изнутри. Нет! Она же не переживет этого! Только не сейчас, когда наконец-то все поняла, расставила по полочкам.

Такси пришлось ждать целых десять минут, и за это время Даша дважды порывалась бежать на дорогу и тормозить попутку. Лишь чувство самосохранения остановило ее от столь необдуманного поступка. Для попуток ночь — точно неподходящее время.

Когда вышла из машины и остановилась у ворот, глядя на блестящий «глаз» камеры, невольно вспомнила свой первый визит в этот особняк. Сейчас волнение испытывала даже большее, чем тогда.

Дверь ей открыла Аня и едва ли не бросилась в объятья. Но так обрадовалась, что Даша аж стало неудобно. Да и причины она пока не понимала.

— Слава богу, ты приехала! А то я тут с ума уже схожу. Хотела даже вызывать кого-то на подмогу.

— Да что случилось-то? — заранее перепугалась Даша. Отчего-то решила, что случилось что-то плохое с Антоном. Но следующие слова горничной развеяли опасения. Пока.

— Полина Игнатьевна с утра устроила голодовку. Андрей Федорович ходит по дому с ломиком, и я его ужасно боюсь…

— А что это с ними? — Даша уже не понимала, пугаться ей или смеяться. Но этих двух почтенных людей она никак не могла себе представить в том амплуа, что создавала им Аня.

— Антон Максимович заперся в своем кабинете и не выходит оттуда со вчерашнего вечера, — понизила Аня голос до шепота. — От еды отказывается. Андрея Федоровича грозится уволить, но тот все равно строит планы по проникновению в кабинет незаметно и бесшумно. И вообще, на кухню мне страшно заходить, кажется, эти двое там планируют какой-то заговор.

— А это для кого? — кивнула Даша на пузырек в корвалолом и стакан с водой, что держала Аня в руках.

— Ах это! — спохватилась горничная. — Еще же и Мария Степановна умирает от сердечного приступа, — побледнела она так, что Даша испугалась, как бы сама она тут не скончалась у нее на глазах.

— Так, спокойно! — скомандовала Даша, понимая, что дом Антона сейчас, мягко говоря, напоминает дурдом, а сам хозяин, похоже, об этом даже не догадывается. Она только надеялась, что с ним самим все в порядке. Но сначала хотела навести порядок в доме, ну и подумать. Как поступить дальше. — Иди к маме Антона, напои ее каплями и успокой. Да не трясись ты! Все с ней будет хорошо, она женщина выносливая (хотелось в это верить). — Я на кухню — разоблачать заговор.