Книга Когда размер имеет значение, страница 70 – Надежда Волгина

Мясо уютно шипело, сочась жиром на раскаленные угли. Неповторимый первобытный запах наполнял воздух. Так пахло лето, слияние с природой в любое время года. И так пахло счастье, которое одурманило Алексея. Он смотрел на близких сердцу людей, как они шутят, смеются, потягивают вино из бокалов, и понимал, что сегодня произошло что-то важное в его жизни.

— Сынок, мы сейчас умрем от голода.

— И съедим все салаты, — поддержал маму отчим. — Мясо пахнет готовым, пора подавать его к столу.

Алексей сделал небольшой надрез на одном из кусочков и убедился, что крови нет. Готово! Осталось разложить по тарелкам и позволить, наконец, изголодавшимся утолить примитивный инстинкт.

— Очень интересно… — протянул отчим, глядя почему-то в тарелку Миланы и не притрагиваясь к своему мясу. — Интересно, почему у этой милой девушки такой идеальной формы кусочек, да еще и намного меньше остальных?

Разве? Алексей тоже заглянул в тарелку Миланы. Впрочем, он уже не удивлялся этому факту и не пытался объяснить. Да, действительно, мясо Миланы выглядело, как произведение искусства в форме правильного овала, в то время как все остальные выглядели, как обычные куски жареного мяса — с неровными краями, где-то толще, где-то тоньше…

— А для меня неважно, как выглядит то, что я ем, — Милана отрезала кусочек и с наслаждением отправила в рот. — Главное, что это просто божественно вкусно. — Она с благодарностью посмотрела на Алексея и внезапно покраснела. — У этого повара все вкусно, — пробормотала она, уткнувшись взглядом в тарелку.

Очень некстати Алексей вспомнил случай, когда намеренно готовил для нее несъедобную бурду. Наверное, для него так и останется загадкой, почему она тогда с видимым удовольствием уплетала невкусное блюдо.

— Сына, вкусно так, что можно откусить губу или язык, — сказала мама, запивая мясо вином. — Только чуть-чуть пересолено, ты не находишь? — спросила она у мужа.

— Есть немного, — кивнул он. — Но вкусно больше, — похвалил он повара.

Почему-то и этому факту Алексей не удивился. Постепенно до него начинало доходить, что так случается всегда, когда он готовит для Миланы.

Они загостились допоздна. В город возвращались по темноте. Радовало, что мама с отчимом в два голоса приглашали их приехать в следующие выходные. Мама обещала испечь пироги и нарвала Милане букет из тюльпанов и нарциссов.

— Жаль, что это единственное цветы в это время года, — сказал на прощание Петр Вениаминович. — Ваша красота достойна самых гордых цветов.

— Петя просто обожает розы, — пояснила мама. — А еще, как выяснилось, он неравнодушен к женской красоте. — Она шутливо-грозно посмотрела на мужа.

— К женской красоте может быть равнодушен только слепец, — многозначительно изрек он, прижимая к себе жену и нежно целуя в макушку.

— У тебя замечательная семья, — уже в машине сказала Милана. — Мама твоя удивительно веселая и молодая. А Петр Вениаминович… он, даже точно не могу охарактеризовать…

— Он образец мужской воспитанности, — помог ей Алексей.

— Точно! Как у тебя это здорово получилось выразить!

— Просто я уже давно его знаю.

Когда они подъехали к дому Миланы, у Алексея было единственное желание, которое затмило все остальные, — поцеловать ее, как тогда, когда они ехали из ресторана. Желание нахлынуло так резко, что он принялся отвечать невпопад. Но он не рискнул даже прикоснуться к ней. Интуиция подсказывала — не следует этого делать сегодня. Он боялся отпугнуть ее.