Книга Вопреки твоим обидам, страница 26 – Дина Сдобберг

— Вот она, кровь дедушки шамана, — смеялась я.

— Я только в части настучать в бубен, говорил же, — улыбался Булад.

Странно, но чем ближе мы были к Ольхону, тем больше он улыбался, и вроде как-то плечи расслабились, хотя он уже несколько часов был за рулём.

Мне предлагалось пшено и табак, но я оставляла подарки от себя, считая, что иначе будет нечестно. Благо нашлось достаточно мелочи и коробка шоколада. Поэтому я везде оставляла десятирублёвую монету и пару-тройку, сколько рука ухватит, полосочек шоколада.

— О чём ты так усердно просишь? Даже интересно, — смотрел на меня Булад.

— Ни о чём, — пожала плечами я.

— То есть? Но так нельзя, — нахмурился он. — Нельзя просить и не приносить благодарственного дара, духи сами тогда возьмут, что посчитают нужным. И нельзя приносить дары, не прося. Иначе духи сами помогут там, где решат, что нужна помощь.

— Так я вроде в гости, — засмеялась я. — Нельзя же с пустыми руками. Хоть к чаю что-то нужно принести. Вот.

Булад удивлял неким стойким несоответствием. Здоровенный мужик, резкий, сильный, с боевым опытом и при такой работе. И в то же время, какая-то очень добрая и даже наивная вера в духов, соблюдение этих обрядов и совершенно искренняя забота о посторонних людях, которых так или иначе жизнь отдала под его ответственность.

— Вон, видишь, вдалеке огоньки уже зажигаются? Это Хужир. — показал он.

— Так ты же вроде ещё куда-то хотел заехать, — напомнила я.

— Да, вон видишь несколько строений на склоне? — ткнул он пальцем чуть в сторону.

— А мне кажется туда уже кто-то едет, — следила я за летящим и чуть ли не подпрыгивающим на горках уазиком.

К большим воротам перед которыми стояли три больших резных столба с ленточками, мы с этим уазиком подъехали одновременно. Я с вытаращенными от удивлениями глазами наблюдала, как открылась водительская дверь уазика, и на утрамбованный снег легко соскочила женщина лет сорока-сорока пяти на вид. Она подбоченилась и с улыбкой наблюдала, как к ней спешит Булад.

— Что я вижу? Никак одного бродячего волка лапы принесли к родной норе, — засмеялась она, хлопая Булада по плечам.

— Мама, — промурчал этот бык-переросток, и подхватив женщину, закружил её на вытянутых руках.

— Мама? — тихо повторила я.

Почему-то я представляла себе женщину постарше, степенную, да и куда более полную. И уж точно не лихачущую на уазике по заснеженным ольхонским дорогам.

Дорогие друзья))) понимаю, что последние главы похожи на рекламу Байкала, но ничего не могу с собой поделать)

Елена.

Когда объятия и приветствия закончились, мама Булада обратила внимание на меня.

— Мама, это Лена, та девушка, что бросилась, — начал объяснять Булад.

— Это та самая девочка, что спасла моего сына, — перебила его мама. — Я ведь ничего не напутала?

— Ну, в этом поступке нужды не было, ваш сын и сам бы прекрасно справился, — вышла я из машины и подошла ближе.

— Это он тебе так сказал? — спросила меня мама Булада. — Видишь ли, никто не знает, как бы оно случилось если бы! В итоге, всё сложилось именно так, потому что ты вмешалась. И те ранения, что достались тебе, могли бы быть у моего сына. Так что я права, ты спасла моего сына.

— На работе у него теперь неприятности, — напомнила я, растерявшись от такого приёма.

— Это его работа неприятность, — усмехнулась мама Булада.