Книга Наперекор моим ошибкам, страница 32 – Дина Сдобберг

Наши губы почти касались. Её частое дыхание холодило моё лицо, а тело идеально подстраивалось под ритм, что задавали мои пальцы.

Она почти всхлипнула в момент пика, выгибаясь так, что её шея сама подставилась под мои поцелуи.

— Больно? — насторожился я, заметив слёзы в её глазах.

— Нет, нет, просто... - малая не могла объяснить силу своих ощущений и эмоций.

Но я и так понял.

— Вот как, — оскалился я. — Так моя девочка плачет, когда кончает? Буду знать. Х@р теперь проведёшь.

Вот только ждать дольше я уже не мог. Голос и так сел от желания, а членом я наверное косяки мог бы сшибать. Я пытался сдерживаться, твердил сам себе, что нужно быть аккуратнее...

— Тебе тоже можно всё, — прошептала она, притягивая к себе мою башку.

Я как будто превратился в гранату, у которой кто-то вырвал чеку. Хотя что значит кто-то? Для меня настолько сильные ощущения от едва контролируемого желания тоже были впервые. Чтобы у меня от девчонки настолько башню сносило?

Я набросился на её и без того искусанные губы, вбивался так, словно навсегда хотел с ней склеиться. Весь мир сузился и стал меньше немного шального взгляда её глаз.

Когда пульс перестал бомбить по ушам, я перевернулся, уложив Белку на себя. Она была очень тихой и вялой.

— Я всё испортил? — прямо спросил я, решив, что опять ступил.

Ванна не самое лучшее место для первого раза. И прямо сказать, не самое удобное.

— Почему? — подняла голову Белка. — Просто... Это нормально, что я так сильно хочу сейчас спать, что даже говорить лень?

— Серьёзно? — засмеялся я. — А ещё мужиков обвиняют, что после секса заваливаются дрыхнуть. Укатал я тебя, да?

— Укатала меня готовка, которой я занималась со вчерашнего вечера, — проворчала Белка.

— Эй! — шутя возмутился я. — Ну разве так можно? А как же польстить мужскому самолюбию, поддержать там?

— Кого? — фыркнула малая. — Если бы ты думал о своём самолюбии, то мы бы игрались не здесь, а на кровати. Чтобы были явные следы.

— Игрались? Родная, мы тут занимались че угодно, только не играми, — ответил я. — Зато здесь ты расслабилась, и я очень старался, чтобы твой дискомфорт был не очень сильным. Это важнее.

— А как же польстить мужскому самолюбию? — повторила она мой вопрос.

— Если ты когда-нибудь почувствуешь или заметишь, что мое самолюбие для меня важнее твоих чувств или ощущений... То ох@рачь меня чем потяжелее, чтобы мозги на место встали. А вообще, от такого мудака надо бежать без оглядки, чтобы он там ни говорил и не обещал, — предупредил её я.

Я помог ей привести себя в порядок, чувствуя невероятную близость и доверие, что царили между нами. И на руках отнёс в нашу кровать. Засыпая, я думал о том, что я мало говорю ей о своих чувствах. Точнее, вообще не говорю. Но зато стараюсь показать. И судя по отсутствию вопросов по этой теме, Белка всё замечает и понимает.

Проснувшись, я сгонял на кухню, намешал салат и притащил тарелки прямо в кровать. Да, для еды есть кухня. Но сегодня было можно. И есть в кровати, смеясь и обсуждая кучу всяких мелочей, оказалось обалденно.

— Надо будет стол с кухни в комнату перенести, — уже планировала Белка. — И я подготовила тебе джинсы и футболку. Рубашку же ты не наденешь?

— Ты сама знаешь, что нет. Я терпеть их не могу, — кивнул я. — И знаешь, у меня такая классная идея! А давай просто одеяло на пол кинем. И подушки.