Книга Цена измены. Я не вернусь, страница 119 – Юлия Рябинина

После нескольких долгих минут полного забвения, ко мне сначала возвращается ощущение реальности: чувствую осторожные прикосновения Германа. Легкие поцелуи на коже плеча, его жесткие волоски, покрывающие грудь, приятно царапают мою воспаленную кожу лопаток, слышу ласковые слова, которые он произносит низким, вызывающим мурашки голосом. Открываю глаза и невольно растягиваюсь в улыбке:

— Что?

Герман сводит к переносице густые брови.

А я не могу сдержать улыбки от внутреннего ощущения счастья. Потому как впервые в своей жизни меня не имели, а любили. Любили страстно, без каких-либо намеков на выгоду, любили просто потому, что хотели моего тела, меня.

— Ничего, – продолжая улыбаться, отвечаю охрипшим голосом. – Думаю, что ты мой ангел-хранитель.

После этих слов Герман почему–то хмурится сильнее и его настроение вдруг меняется, а моя улыбка сама собой исчезает с лица.

— Что? – на душе вдруг становится тревожно.

— Не переоценивай меня, роднуль, – Герман внезапно отстраняется от меня, порывисто встает.

Меня охватывает паника. Я во все глаза пялюсь на его широкую спину, в некоторых местах видны неровные шрамы, на крепкие ягодицы, мускулистые ноги. Он весь выглядит дико сексуально. Но отчего-то эта картина меня больше не возбуждает, а только пугает.

Что я сказала не так? Почему он вдруг стал таким холодным и чужим? Ведь я не могла ошибиться! Я точно видела, что он испытывает ко мне больше, чем примитивную похоть.

— Герман, что происходит? – запинаясь, пытаюсь собрать в кулак силу воли, такая перемена в мужчине обижает меня, дезориентирует, не знаю что делать, куда себя деть.

Реакция Германа неоднозначная. Мужчина широким шагом, совсем не стесняясь своей наготы, направляется к прозрачной двери в углу спальни. Я ее только замечаю: так понимаю – за ней ванная комната. Герман исчезает за ней.

Растерянная, я еще некоторое время сижу на кровати. В голове ни одной мысли, пустота. Возможно, я форсанула мое отношение к нему? Возможно, я ошиблась? И Герману от меня нужен был только секс? Ведь с самого начала его неоднозначные намеки были мне понятны.

Уязвленное самолюбие подстегивает меня к необдуманным действиям. Встаю с кровати. Заворачиваюсь в простынь и уверенно шагаю к прозрачной двери. Я не готова остаться один на один с пожирающими мое нутро эмоциями. Сама в себе разжигаю злость. Подхожу к двери, оказывается стекло непрозрачное, матовое и мне ни черта не видно за ним. Берусь за ручку, делаю глубокий вдох и резко открываю дверь. Меня тут же к полу приковывает тяжелый взгляд черных, как ночь, глаз.

Герман стоит перед открытым окном, уперевшись одной ногой в низкий подоконник. Локтем облокотился в колено. Застыл с сигаретой между пальцев.

— Ась, ты подожди немного, не заходи: тут холодно. Я сейчас вернусь, – низким доводящем до мурашек голосом сказал он.

Но я словно приросла к полу: стою и не могу сойти с места. В горле саднит от застрявшего кома слов, которые так и остались невысказанными, а глаза внезапно защипало от влаги.

Герман, не сводя с меня глаз, наблюдает за мной. Через несколько секунд он, покачав головой, выбрасывает щелчком пальцев недокуренную сигарету на улицу. Закрывает окно и в несколько широких шагов сокращает расстояние между нами. В нос ударяет запах табачного дыма, смешанного с ароматом его одеколона.