Книга Внезапно Папа, страница 86 – Татьяна Любимая

"Да"

— Терпи, брат. Если совсем невмоготу, вот морковку жуй, отвлекайся от почесунок.

"Ладно"

— Я зеленку не нашла, – жалуется Настена. – Надо купить.

— Купим. Давай с тестом помогу? – предлагаю сыну и протягиваю руку к чаше.

Матвей передает мне венчик. Сажусь по-турецки перед стулом. Отсюда обзор на Настины коленки лучше.

— Что надо делать?

— Взбивайте, – подсказывает няня.

— Так? – начинаю работать этим странным предметом, вспоминая, как делала в детстве тетя Наташа. Ускоряюсь.

— Да, так.

Останавливаюсь, когда Настя подсыпает в мою почти однородную жижу муку. Облачко белой пыли поднимается над чашей, лезет в ноздри, и я сдуру фыркаю. Мука разлетается по кругу, попадая мне в лицо, в личико стоящего рядом Матвея, пылью кружа по кухне в солнечных лучах и не спеша падая на пол.

— Хорошо, что не чихнули, – прыскает Настена и тут же чихает Матвей. Смачно так. От всей души. Прямо в чашку.

Новое мучное облако, густое, белое, влетает мне в лицо и в стороны. Бросаю чашку на стул, отскакиваем с Матвеем подальше от коварной пыли. У гнома на животе мука, на лице, ресницы тоже опушены белым. У меня, судя по ощущениям, слой гораздо толще. Отряхиваемся, распыляя муку по всем поверхностям. Настя, согнувшись пополам, заливается смехом, а следом за ней мы с сыном.

— Ну вы помощнички. Идите умывайтесь, я приберу пока.

Послушно выполняем.

— Прикольная у нас няня, веселая, да?

Помогаю Матвею умыться – держу его на колене перед раковиной, а он сам две ладошки под струю воды подставляет и лицо умывает. По взгляду ребенка в отражении зеркала вижу, что он со мной согласен.

— У нас есть парочка конкурентов. Надо устранить. Поможешь?

Пожимает плечиками – не понимает. Ничего, разберемся.

Умываюсь сам. Приводим себя в порядок. Матвей тянет руку к полке с парфюмом, не достает, конечно.

— Что ты хочешь? – помогаю, поднося его ближе к склянкам.

Берет флакон с туалетной водой, в глаза мне заглядывает.

— Побрызгать тебя?

Кивает.

— Окей, давай. Только надо на одежду.

Оттягивает шорты.

— Нет, брат, давай лучше на голову.

Пшикаю над его макушкой. Влажное облачко оседает на волосах. Довольный пацан принюхивается.

— Вкусно пахнет, да? Я тоже хочу, – брызгаю себя. – У нас же теперь фея дома живет, нам надо следить за собой, да?

Причесываю себя и парня.

— Красавчики, – оглядываю нас в зеркале.

Возвращаемся на уже чистую кухню. Вижу одобрение в глазах няни.

— Бойцы умыты и готовы к бою с тестом, – рапортую бойко.

— Не надо никаких боев, ждите, скоро напеку, будем завтракать.

Командует Настена, суетится, будто она хозяйка, а мы в гостях. И я ловлю себя на мысли, что мне это чертовски нравится.

Работы нам больше не нашлось, и мы ретировались в гостиную.

— А что, Матвей, зарядку с утра сделаем?

Смотрит на меня ребенок зелеными глазами, не понимает. А у меня азарт – мне надо на нашу няньку еще большее впечатление произвести. Да такое, чтобы всякие Жени и Сергеи из головы ее хорошенькой вылетели. План почти созрел, но один не справлюсь.

Машу руками мельницу, потом приседаю. Становлюсь в планку и начинаю отжиматься. Сын, усевшись возле кучи с игрушками, подсматривает, но не присоединяется.

Мышцы, разогретые, гудят, футболка намокла на груди и спине. Где же ты, Настена? Иди глянь как заколдованный принц старается.