Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 412 – Владимир Ланге

— Но вы тоже были новичками, и каждому человеку на новом месте надо дать время на адаптацию, а не загонять его в угол. Старшим офицерам полагается воспитывать в человеке характер настоящего спасателя, а не вгонять его в рабство.

— Господин Де Гроте, вас что, на улице воспитывали? А нас с пелёнок отец учил так: если бьют – дай сдачу, а чувства и всякие сопли надо в задницу затолкать, и желательно в чужую, чтобы даже по трупам к цели добраться. Жизнь дана сильным людям, а не слабым. Тут сюсюканье не поможет, от слабости лечит только вымоченный в рассоле кнут, если уже не поздно.

— А у вас дети есть?

Это последнее, что спросил Ронни у братьев, но ответа не стал дожидаться.

* * *

Дети Де Гроте тоже не отличались особым воспитанием, но были добры, но вырастут ли они хорошими людьми? Ронни переживал за детей, но помогать им сделать правильный выбор жизни ему мешала та, которая во всём перечила ему.

Как-то раз, вся семья Де Гроте готовилась отметить день рождения Тима.

Каролин заранее уже успела подарить сыну мужские дорогие духи. Пегги и Вальяна сидели за столом в кукольных колпачках из цветной бумаги и надували цветные шарики. Ронни пришёл с работы уставшим и голодным, но перед праздником он решил строго предупредить Тима, чтобы тот не шутил с огнём.

— Тим, что за запчасти от мотоциклов опять лежат под полкой в гараже? Ты думаешь, что угон мотоциклов останется для тебя безнаказанным? Я сам пойду в полицию с заявлением, если ещё раз замечу твоё участие в угонах. Немедленно унеси запчасти из моего гаража, а потом мы сядем и съедим именинный торт с вишней, который ваша мать купила в булочной. Тим, мой сын, пришло время отвечать за свои поступки.

— Кто? Тим?.. Твой сын? Ты что, рехнулся? Думаешь, что Тим …твой сын?

Каролин слюной поперхнулась от возмущения.

— Дети, видите этого толстяка? Никому из вас этот мужик не отец! Ха-ха-ха… Этот болван думает, что он вам отец! Толстая свинья, вот кто он. Ещё полицией угрожает! А ну, убирайся из моей семьи! Вон из моего дома!

Случилось!

Ронни со спокойным удивлением осмотрелся вокруг, словно к нему вновь вернулось зрение. Да, это была не его жизнь, не его жена и не его дети. Пришла пора покинуть этот дом, чтобы найти свой.

— Дети, вы слышали, что сказала вам ваша мать? Я не ваш отец, а ваша мать выгнала меня из дома, который я построил вместе с вашим дедом, но я ей не судья. Я послушно ухожу.

Пегги и Вальяна покорно кивнули отцу, и клоунские колпаки на голове кивнули тоже. Только Тим смотрел на отца, насупившись. Ещё в школе его принимали за марокканца, а белокурые девочки не хотели с ним дружить. В компании подростков, отцы которых приехали в Бельгию из Марокко, он всегда чувствовал себя своим, но то, что сейчас сказала мать, сам Тим не хотел принимать за правду.

Перед уходом отца вдруг заревела Пегги, за ней и Вальяна.

— Что реветь напрасно? Ты что, оглохла? – набросилась на дочерей Каролин. – Я твоя мать, и я знаю, что говорю! Никому из вас троих этот толстяк отцом не является! Никакой он не дед Дилану, он ему чужой вредный дядька! Ха, даже детей не в состоянии был зачать! А ещё полицией угрожает!

Ронни уходил из дома в том, во что был одет, чтобы больше никогда, никогда в своей жизни не возвращаться обратно. На пороге мужчина обернулся и кинул Тиму ключ от зажигания своего «Мерседеса».