Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 350 – Владимир Ланге

В тот год весна пришла рано. Апрель стоял на редкость тёплым. Нежность берёзовых серёжек и набухшие почки тополя, торжественное цветение нарциссов под голубым небом и приятное тепло солнечного ветра делали мир таким надёжным и прекрасным, что всё дурное уходило из памяти человека. От запаха разбуженной весной земли приятно кружилась голова, и Вера чувствовала в себе обновление души, которое требовало поэзии, песен и отдыха от забот.

Как ни странно, но экономические трудности в стране, какая-то неразбериха в правительстве и непонятная новизна дипломатических отношений с другими странами укрепляли её отношения с мужем. Ответственность за семью теперь несли они вдвоём. Поэтому и весна в тот год как никогда радовала женщину.

В хорошем настроении шла Вера по своему врачебному участку. Ей оставалось обслужить ещё один вызов к больному ребёнку, и рабочий день подошёл бы к концу. Во дворе спокойно чирикали воробьи. Их чириканье перебивали короткие перепевы серых скворцов, прилетевших с юга. В песочнице на солнышке грелась нечёсаная дворняжка. Время отпусков ещё не подошло, во дворах и на игровых площадках не было ни одной живой души. Проходя мимо детского сада, женщина внутренне улыбалась. Она вспомнила, как недавно её вызывали в детский сад по поводу необычного поведения Танюши, которая готовилась на следующий год пойти в нулевой класс.

Воспитательница проявляла недовольство как поведением Тани Лебедевой, так и спокойствием её родителей.

— Уважаемая Вера Владимировна, вы педиатр, разве вы сами не понимаете, что ваша дочь Татьяна не готова с другими детьми идти в школу?

— Я понимаю только то, что вы стали отчитывать меня за то, что я якобы должна понимать.

Вера не любила нападений из-за угла.

— Тогда я вам докладываю, что ваша дочь не разговаривает в группе, она ведёт себя как немая! Ни одного слова я не слышала от неё. Какая может быть молчанка в шестилетнем возрасте. Нет, иногда мы с нянечкой слышим, как девочка тихо переговаривается с детьми, но только с избранными, а со мной она в контакт не вступает. Я вынуждена вынести на педагогический совет вопрос о том, чтобы оставить Татьяну на второй год в старшей группе.

Вера после этого разговора встретилась с бывшей Таниной воспитательницей, но та никаких отклонений у девочки за последние четыре года не замечала, а сама маленькая заговорщица объяснила своё поведение в садике просто.

— Мама, а зачем с ней говорить, если она всё время кричит? Мне и без неё хорошо.

Танюша и раньше отличалась тем, что имела на всё своё особое мнение и с ней трудно было спорить. В общении с детьми она не сильно-то нуждалась и дружила только с одной девочкой, которая жила по соседству.

Пройдя ещё один квартал, Вера приостановилась полюбоваться весенними цветами в палисаднике перед домом, по какой-то случайности подняла глаза кверху и …обомлела. На фоне голубого неба она увидела невероятное, но очевидное происшествие, которое разворачивалось перед её глазами, словно в программе новостей.

За балконными перилами на четвёртом этаже пятиэтажного дома болталось тело полуголого ребёнка ползункового возраста. Видно было, что это была девочка, которой захотелось повисеть обезьянкой под балконом. Малышка крепко держалась ручками за два металлических стержня в перилах, а её пухлые ножки пытались бежать по воздуху. Она не кричала, и казалось, что падать с четвёртого этажа ей уже не привыкать. Во дворе не было никого, кто бы разделил с Верой этот жуткий момент гибели ребёнка с соседнего педиатрического участка.