Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 181 – Владимир Ланге

Как-то в свободный от занятий час Вера в простых предложениях растолковала Динаре особенности анемии у новорожденных, но ее наставнический труд пропал даром. Вызванная в тот же день к доске Динара повторила все, что говорила ей Вера, только с перестановкой фраз. По ее словам, выходило, что именно анемия новорожденных приводила к поздним выкидышам их матерей, и преподавателю было совершенно непонятно, у кого эти поздние выкидыши приключались. Однако Динара нисколько не огорчалась своими провалами в учебе, ибо она незаметно сделалась «крестной матерью» всего факультета, спекулятивной сетью опутывая своих подданных сокурсников.

— Хочешь помаду? Бери, я продам тебе дешевле, чем другим. Ничего, что у тебя нет денег, со стипендии вернешь. Ты хороший человек, и я доверяю тебе. Такой помады в магазинах не найдешь. Только никому не говори, что у меня ее купила, это я тебе по секрету достала, как хорошей подруге, – шептала Динара на ухо то одной, то другой студентке.

К зимней сессии почти все студентки Вериной передовой группы были в долгу у отстающей по всем предметам Динары, и свои долги они отрабатывали, помогая той исправлять плохие оценки на хорошие.

Вере не нужны были ни помада, ни духи, ни модные тряпки, а только знания хорошего врача, но девушка почему-то все сильнее чувствовала себя соучастницей групповой «мафиозницы».

Как-то раз в перерыве между лекциями Вера сидела за партой и рылась в карманах, собирая оставшуюся от стипендии мелочь, чтобы по дороге домой купить вкусные пирожки с капустой, которые мама уже давно не пекла, а Вера даже не пыталась. Она как-то испекла печенья по рецепту из кулинарной книги, а ее брат Саша посоветовал этими кулинарными изделиями заряжать автомат Калашникова. При этом на кухне во время Вериной стряпни творилось то, что мама описала одним словом – «кавардак». Поэтому девушка предпочитала пирожки покупать в ларьке.

— Ира, займешь мне десять рублей до стипендии? – спросила она свою подружку без особого напора. Не успела Ирина вытащить деньги, как Динара, подскочив с места, протянула Вере десять рублей из своего кошелька. Вера даже опешила от такой прыти.

— Верочка, дорогая, зачем не говоришь? Сколько денег хочешь? Десятку? Пятнадцать? Отдавать не спеши. Дело терпит!

Купюра в 10 рублей в руках «мафиозницы» соблазняла, и от ее любезности пирожки с капустой уже пахли на расстоянии, но перед Верой тут же представилось встревоженное лицо мамы и ее рассказы о том, как преступники заманивают в свои сети невинных людей.

— Нет. Мне не надо денег! Ни от тебя, Динара, ни от кого другого, – слишком категорично отказалась от пирожков Вера. Динара не сумела скрыть свое разочарование, а Ирина развела руками и спрятала свой кошелек обратно в портфель.

Вечером в комнате у Сауле собрался комсомольский совет в составе трех подружек: Сауле, Веры и Ирины, чтобы пресечь антикомсомольский настрой группы. Совет проходил за чаепитием под пирожки с капустой, которые были куплены Ириной по дороге к общежитию. Было решено этот вопрос о поведении Динары вынести на рассмотрение комсомольцев группы.

Комсомольское собрание было открыто выступлением Веры, она оказалась единственной, кто ни разу не воспользовался спекулятивными услугами Динары и имел моральное право говорить по существу вопроса.