Книга Поцелуй смерти, страница 57 – Элис Вайлд

Я не знаю, что подтолкнуло меня произнести эти слова, но что-то в них заставляет содрогнуться воздух вокруг.

Мертвая тишина оглушает. Я начинаю переживать, что своими словами просто-напросто нанесла ему непоправимую обиду.

— Пожалуйста, – пытаюсь я в последний раз. – Пожалуйста, это срочно.

— Правда?

Все, что я могу сделать, – это лишь кивнуть головой.

Был бы воздух вокруг хотя бы чуточку теплее. Тогда бы я смогла, по крайней мере, посмотреть на него, умоляя спасти отца. Но похоже, небеса больше заинтересованы в том, чтобы показать мне, насколько я ничтожное существо в сравнении с этим человеком.

— Хорошо. Но ты должна увидеть меня, прежде чем озвучишь свою просьбу.

Это пугает меня, я боюсь, что у меня не получится этого сделать, но все же заставляю себя открыть глаза пошире, морщась ото льда, колющего веки и лицо.

Вглядываясь в темноту, я отчаянно пытаюсь найти его. Сосредоточиться на движущихся тенях, гадая, которая из них может его скрывать. Клянусь, разум играет со мной злую шутку: все вокруг сливается воедино, от чего я издаю стон разочарования.

Ну же, я ведь так далеко зашла, столько всего преодолела, я не могу сейчас потерпеть неудачу.

Я уже начинаю думать, что все потеряно, как вдруг тени ночи расступаются и из-за них появляется мужская фигура.

Широко раскрыв глаза, я безмолвно наблюдаю, как мужчина входит в круг слабого свечения кристалла. Он возвышается надо мной, и мне приходится вытянуть шею, чтобы взглянуть на него. И все равно смотрю снизу вверх.

Сердце замирает. Это существо с ужасающей маской черепа на лице. Разум больше не воспринимает его как обычного человека.

Клубящаяся тьма окутывает его, словно живая, когда он наклоняется ко мне.

Все мое тело начинает дрожать, когда его сквозь маску вижу бездонные черные глаза. Они встречаются с моими, и, клянусь, я чувствую, что ему удается заглянуть в самые глубины моей души.

Он больше не издает ни звука и не двигается, пока я продолжаю смотреть на него. Внезапно до меня доходит, что он, вероятно, ждет, когда я выскажу свою просьбу.

Я уже открываю рот, чтобы начать говорить, но не могу произнести ни слова.

Нахмурившись, я вдруг хватаюсь за грудь, чувствуя, как последняя капля тепла покидает тело. Я издаю тихий, дрожащий вздох как раз в тот момент, когда последние силы оставляют меня.

— Мой отец… – шепчу я.

Последнее слово замирает на моих устах. Меня, наконец, поглощает полная темнота.

Торговец

Отец?

Я хмурюсь, еще мгновение смотря на скрюченное тело девушки. Наклоняюсь и осторожно касаюсь ее руки пальцем в перчатке.

Она не двигается и не реагирует на прикосновение. Ее лицо словно камень, а дыхание очень слабое и прерывистое, и все это после того, как она прошептала кое-что.

«Отец».

В этом нет никакого смысла. У меня нет детей, и тем более я не могу быть отцом такого хрупкого маленького существа, лежащего передо мной.

Выпрямляясь, я глубоко вздыхаю. Мои тени в суете кружатся вокруг меня.

И что мне теперь делать?

Качая головой из стороны в сторону, я подталкиваю ее носком своего ботинка. Она по-прежнему не двигается.

Ее глаза закрыты, а ресницы полностью покрыты льдом.

Я не могу просто оставить ее здесь, но и что делать с ней позже, я тоже не знаю. Судя по ее прерывистому дыханию, она вряд ли снова очнется, пока находится тут. Она умрет, если я оставлю ее здесь, а ее время еще не пришло.