Книга Обреченность, страница 57 – Виктория Павлова

Через полчаса затвор все так же не слушался, а рукоятка выпадала из рук в самый неподходящий момент. Только в кино у актеров получается собирать пистолет так ловко. Будет чертовски обидно сдать теорию и запороться на практике. Мак справедливо называл меня бездарью: ветерану войны нетрудно распознать такого салагу, как я.

За спиной раздался легкий шорох и звяканье ключей. Резко обернувшись, я увидела Таннера. Застыв на пороге, он озадаченно разглядывал разбросанные по оружейной листочки инструкции. Увидел меня на камерах и пришел проверить офис?

— Скай, – сказал он вместо приветствия и замолчал. Он не злился, скорее, обрадовался. Хотя пару месяцев назад я не смогла бы уловить такой тонкий нюанс на хмуром лице. Наверное, слишком часто вглядывалась в его эмоции.

В офисе больше никого, мы одни. Я попыталась не покраснеть от смущения. Босс молчал, а у меня защекотало ладони.

— Я вам помешала?

— Скорее, я тебе помешал, – усмехнулся Таннер. – Готовишься к сдаче норматива?

— Да, – я отложила полуразобранный глок, – но, видимо, затея не выгорит.

— Такая быстрая капитуляция? Не похоже на тебя. Не возражаешь, если я немного поучаствую?

Таннер, прихрамывая, подошел ближе и нерешительно протянул руку к лежащему на столике глоку, словно ожидая разрешения. Даже раздражение от неспособности понять инструкцию отступило, когда я сообразила, что наступил отличный повод для прикосновений. И, наверное, все-таки покраснела. Да что же такое?

— Инструкция завела в тупик? Это нормально, такое часто бывает. Нужна наглядность. – Он взял глок в руки. – Смотри, держишь так. Нажимаешь на фиксатор обоймы…

Я слушала, как он объясняет про снятие обоймы, и что затвор нужно держать обязательно четырьмя пальцами и оттягивать не больше, чем на четверть фаланги ногтя большого пальца¹⁷, чтобы не начинать заново, и как тянуть рычаг блокировки затвора, и смотрела на его лицо, а еще удивлялась, как действует на меня его голос. Он задевал такие струны и рождал такие чувства, о которых я и не подозревала.

— Убедись, что в патроннике нет патронов, и можешь приступать к снятию ствола. Поняла? – Он протянул собранный им в два счета пистолет. – Пробуй.

Я подняла руку, чтобы забрать пистолет, и наши пальцы соприкоснулись. Воодушевление и предвкушение электрическими разрядами побежали по телу. Он убрал руку. Осталась пустота, от которой меня затошнило.

— Показать еще раз? – переспросил Таннер спустя пару секунд.

Он забрал из моих рук пистолет и начал с самого начала. Монотонный бубнеж, как ни странно, вывел из ступора. Таннер положил пистолет на стол.

Я делала все ровно так, как он показал, и преуспела больше, чем раньше. Таннер одобрительно хмыкнул, но его взгляд поймать так и не удалось.

— Теперь снятие ствола и собственно чистка. Когда собираешь обратно, не удерживай блокировку затвора при перемещении его назад на ресивер. Пробуй.

Я повторила еще раз. Прошло даже лучше, чем рассчитывала.

— Еще раз.

Я разбирала и собирала пистолет раз двадцать, когда Таннер, наконец, произнес:

— Стоп. Достаточно.

— Достаточно? – Обычно так говорят, когда понимают, что лучше уже не получится. – Уверена, что смогу лучше.

— Ну, ты можешь сесть поудобнее и следить за локтями, – он пожал плечами, – но в целом процесс ты освоила.