Книга Обреченность, страница 137 – Виктория Павлова

— Честно говоря, я не ожидал, что для тебя это будет первый раз.

Мне стало неуютно, и я резко села на кровати, прервав контакт.

— И как это понимать? Ты считаешь, я занимаюсь сексом со всеми подряд?

— Не говори ерунды. – Он поморщился. – Я вовсе так не считаю. Просто я думал, что ты и Джош… – Он смешался и замолчал.

Так вот откуда нотка неуверенности и чувство вины. Он считал, что уводит девушку кузена.

— Мы с ним просто друзья и всегда были только друзьями, – твердо сказала я.

Таннер подумал и вскинул брови.

— А он об этом знает?

Я хотела возмутиться, но поняла, что из-за облегчения он еле сдерживает улыбку, не удержалась и фыркнула. Он притянул меня обратно, опрокинул на кровать и защекотал, покрывая поцелуями каждый дюйм моего тела. Я растворилась в нежности.

Неожиданно он отстранился, окатывая негодованием и озадаченностью.

— Что это такое? – стараясь быть небрежным, спросил он, показывая на шрам на животе. Тот самый шрам от пули справа, который он еще не видел.

— Ничего, – автоматически сказала я, сожалея об ушедшем настроении.

— Когда ты так говоришь, значит, что-то серьезное. – Таннер нахмурился.

— Ничего серьезного. Неважно. – Я попыталась вернуться к прежнему занятию, но он был суров и непоколебим, прижав мои руки к кровати.

— Значит, что-то совсем страшное. Скажи мне.

— Это было давно. Не отвлекайся. Лучше продолжи то, что делал.

— Шраму года два, – вместо этого сказал он. – Когда я служил в Ираке, видел много похожих. Этот – явно от пулевого ранения. Хотя чего я удивляюсь? Ты же притягиваешь неприятности похлеще громоотвода. Один твой разбитый подбородок чего стоит. – Он аккуратно дотронулся до моей щеки, пристально заглядывая в глаза. – И что произошло в тот раз?

Я испугалась его цепкого взгляда и рук, требовавших ответа. По телу пробежали неприятные мурашки, и я начала выпутываться из объятий.

— Просто несчастный случай. На охоте, – добавила я и тут же пожалела.

Его эмоции потяжелели. Он пытался меня удержать, но резкий контраст между тем, что было пару минут назад и тем, что происходило сейчас, вызвал головную боль. Я дернулась, и он отпустил.

В ванной я разыскала одежду и попыталась расчесать волосы пальцами, крутясь перед зеркалом. На голове словно болотное чудище потопталось – спутанные волосы торчали в разные стороны. Я была сама на себя не похожа, словно из зеркала на меня смотрела не Скай Моррис, и не Тереза Рейнер, а кто-то третий, незнакомый.

Когда я вышла, одетый Таннер сидел на кровати и задумчиво вертел в руках рубашку.

— Так значит, ты охотник? – задумчиво произнес он. – Может, дело в этом? У тебя какой-то особый нюх и ты выслеживаешь людей?

Я остановилась как вкопанная. Он будто про Остер Пойнт говорил.

— Что произошло в Сиэтле? – От его нарочито равнодушного тона стало совсем неуютно. – Когда Джош позвонил из полицейского участка и сказал, что ты сбежала. Кто-то выследил тебя?

— Нет, произошло недоразумение. Он не разобрался в ситуации. Никто никого не выслеживал.

— Такое же недоразумение, как несчастный случай на охоте? – Таннер скептически приподнял бровь. Он явно мне не верил.

— Нельзя устраивать допрос сразу после секса. – Вслух прозвучало ужасно. Я скривилась.

— Прекрати говорить «секс». – Он рассердился. – Это слово тебе не идет.