Книга Жена герцога-палача хочет развода, страница 57 – Мария Ливи

«Тогда-то я и заплакала, уткнувшись в плечо этого зверюги. Позор».

Позади меня тихо скрипнула дверь. Катарина принесла чистую ткань, как я и просила ранее. Посмотрев на неё, я не сказала ни слова. Она говорила, что пошлёт мне служанку, а сама останется с мужем. Но, по всей видимости, не смогла долго находиться рядом — слишком тяжело. Видеть, как кто-то угасает, а ты бессилен что-либо изменить. Молитвы? Хорошая замена просто надежде, но дело — лучше.

Плакала она долго. Вон борозды красные на щеках.

— Я принесла чистые ткани, — произнесла Катарина потрескавшимися губами.

— Леди, вы же рукодельница, по всей видимости? — заговорила я на отвлечённую для нас обеих тему.

— Как вы догадались, что я люблю это дело?..

— Не думаю, что столь изысканный узор по воротнику, да ещё шёлковыми нитями вы доверите вышить служанке. Будьте так добры, разделите ткани на повязочные отрезы. Одну треть из них надо будет пропитать в разведённом растворе. Другая пойдёт для щедрой жмени лечебной мази на раны.

* * *

Магнус стоял в дверях хозяйской спальни, опираясь о косяк и скрестив руки на груди, следил за мной. За каждым движением. Будто я способна намеренно навредить дышащему на ладан.

Ощущать тяжёлый взгляд мужчины, который не так давно трогал тебя в недопустимых местах — страшно. А ещё… это постыдное чувство похоти возвращается в самый неподходящий момент. Кричать хочется: только не у кровати больного, милорд!

«Затылок прожигает»…

Всё помню. В мельчайших подробностях. Магнус, ну какое же ты… животное похотливое!

Снег. Горячее дыхание на щеках. Поцелуй — жадный, требовательный, от которого у меня дрожат ноги. До сих пор — холод ни при чём. И после всего — непростительная пустота в душе. Он отстранился первым.

«Достаточно, — сказал он хрипло. — Иначе я за себя не ручаюсь».

Поднявшись, Магнус отряхнулся, стряхнув снег с рук, затем натянул перчатки и подал мне руку, помог встать.

«Трава»? — спросил он, будто ничего не случилось.

«Цела». — ответила я, всё ещё дрожа.

Кивнув, он развернулся и пошёл вниз по склону, не оборачиваясь. Туда, где стоял привязанный к деревцу жеребец.

Я не понимала.

«Он мог взять меня, но не сделал этого. Почему»?

— Леди Торн, — голос лекаря вернул меня в реальность. — Принести ещё мази на раны?

— Да, раны довольно глубоки…

Рэйнар в то время был в беспамятстве, метаясь по кровати и бормоча что-то бессвязное, еле слышно. Дыхание то и дело срывалось на хрип. Такой, что мне казалось — он последний. В эти мгновения по моей спине пробегал холодок. Тот же страх, то же безумие, которое я испытала…

«Дежавю».

Я откинула старую повязку — рана выглядела лучше из-за постоянных примочек, что делали до меня лекарь и прислуга, но гной всё ещё сочился. Рано зашивать.

— Держите его, — прошептала я, отводя взгляд на мгновение. Меня тошнило от столь ужасного зрелища и от того, что я вижу чужой мужской торс. Щёки стыдливо вспыхнули.

Двое слуг-мужчин взяли Рэйнaра за плечи, приподняв. А я, промокнув тряпицу в отваре, начала промывать рану. Тщательно и не торопясь. Каждый сантиметр должен быть идеально вычищен от этого смрада.

Хозяин дома закричал дурниной. Катарина, стоящая в нескольких шагах от кровати, зажала рот ладонью, чтобы не заплакать в унисон. Магнус вышел к нам, встав подле меня. Буквально в спину дышит! Я чувствовала его дыхание и от этого задрожала.