Книга Ожившая невеста некроманта, страница 94 – Элиза Маар

Симпатия переросла во влюбленность, а влюбленность в любовь. Я до последнего лгал себе и окружающим, потому что боялся, что пророчество сбудется, и она погибнет из-за меня, и сейчас, держа ее на руках, я корил себя за то, что не сберег ее не в первый раз, ни во второй, ни в этот.

— Моя девочка…

По левой щеке скатилась слеза, и я зажмурился, прижимая Мэвис к себе. Эфир обжигал внутри холодом, и я хотел его выпустить, уничтожить все и всех — себя в том числе — как вдруг Мэвис вздрогнула.

Я застыл и, немного отстранившись, чтобы посмотреть на нее, рвано выдохнул. Ее веки затрепетали. Мое проклятое сердце было готово остановиться — никогда прежде оно так не билось. И такой сильной надежды я не испытывал никогда.

— Мэвис?..

Она открыла глаза, и в ту же секунду, как я увидел в них гадкую черноту, я почувствовал, как от ее тела исходит сильнейшая зловещая энергия. Та же, что обнаружили на месте преступлений.

Я сработал инстинктивно. Быстро отпустил тело и увеличил расстояние, сняв барьер, который не пускал Тринадцатого и Чокко внутрь.

— Ты, гадкий мерзкий тип! — сразу набросился на меня Тринадцатый.

— Кри! Крр! Тьва!— закричал енот, кинувшись ко мне, чтобы укусить меня за ногу.

Боли я не почувствовал, потому что не мог оторвать глаз от шевелившегося тела Мэвис, в котором моей невесты уже не было. Ее тело занял фантом.

— Как ты… — Тринадцатый заткнулся, а Чокко отпустил мою ногу.

Они оба почувствовали, что это не наша Мэвис, а когда увидела ее глаза, Тринадцатый зарычал, вспыхнув красным, а Чокко с испуганным криком забрался на меня как по дереву, царапая когтями. Вцепившись в волосы, он заорал мне прямо в левой ухо. Но и на это я едва обратил внимания.

Губы Мэвис растянулись в улыбке, какой я у нее никогда не видел. Жуткой, неестественной. Дрянь встала на ноги, которые ее отлично слушались. Она чувствовала тело своим, а значит, пробыла в нем дольше, чем несколько часов.

— Ты! — прорычал Тринадцатый! — Тебя я почувствовал в ней!

Она перевела на него пустой мертвый взгляд и наклонила голову на бок. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что сказал Тринадцатый.

— Ты знал? — обратился я к нему, вернув внимание к сущности.

В груди до боли все сдавило. Моя Мэвис…

Отогнав мысли о невесте, я стал думать, как уничтожить тварь, не навредив телу. Мэвис не может исчезнуть навсегда. Она не может умереть. Я не верю. Я отказываюсь в это верить! Моя девочка сильная.

— Почувствовал совсем недавно, — Тринадцатый, обжигая меня чужой более сильной энергией, подошел ближе. — Но не был уверен.

Так вот что он делал рядом с ней последние недели, когда вел себя странно. Пытался увидеть чужое внутри.

— Ты должен был сказать! — процедил я, сжав кулаки.

Злость стала топливом для эфира, и он холодным голубым светом окутал тело. Почувствовав его, фантом перевела на меня взгляд, и ее улыбка стала еще более широкой, жуткой.

— Кем бы ты ни была, освободи тело моей невесты.

— Или что, Малакай Блэквуд?

— Я уничтожу тебя.

— И причинишь вред этой милой девочке? Она все еще внутри, — по телу Мэвис потянулись черные вены, и я дернулся, намереваясь остановить гадость травить ее.

Скелет выставил костлявую руку, останавливая меня.

— Нет. Нужно быть осторожными. Мэвис точно еще там.