Книга Ожившая невеста некроманта, страница 51 – Элиза Маар

— Как невоспитанно!

— Вылезай уже.

Енот поддал ему ускорения, когда тот снова фыркнул, не торопясь выбираясь из салона. С другой стороны хлопнула дверь, и я поднял голову, увидев макушку Мэвис. Разочарованный, я наблюдал, как она обходит маджикар.

Мне хотелось хоть на секунду коснуться ее руки и почувствовать тепло ее магии на своей коже.

Эта мысль была опасной для меня, и я, сжав руку в перчатке в кулак, опустил ее, развернулся и поднялся на крыльцо, слыша за спиной ругань скелета и енота и укоры Мэвис.

— Чокко, перестань воровать его кости! Он не вкусный!

— Мэвис! — ахнул скелет. — Ты ранишь мои тонкие чувства!

Енот что-то проверещал, и Тринадцатый зарычал от злости.

— Фе фефей фофофать фою фефеюсть! — (Не смей воровать мою челюсть?)

Я не выдержал, остановился и обернулся. Тринадцатый, оставшись без челюсти, погнался на крыльцо за бешенным енотом, который, подняв кость вверх двумя лапами, бежал с ней по ступеням, перелетая их магией Мэвис, как с трофеем.

— Офай!!!

Мэвис поймала мой взгляд, когда они пронеслись рядом со мной и забежали в особняк, и смущенно улыбнулась.

— И часто они так? — спросил я, отметив, что енот начал пользоваться ее магией.

— Их мир вообще не берет. Боюсь одним утром проснуться и обнаружить разобранного Скитти и мертвого Чокко.

Когда она поравнялась со мной, я продолжил идти.

— Почему Чокко? — не сдержал я любопытства.

Давно хотел узнать, почему этому бешенному вредителю дали вполне милую кличку.

— Он сам сказал… точнее написал, что так его зовут.

— Как он мог написать, если у него интеллект как у пробки? — заметил я, когда мы прошли переднюю.

— Неправда! Он очень умный.

Услышав стрекотание, мы оба повернулись на звук. Этот очень умный енот сейчас осквернял ногу дворецкого, который вышел нас встретить и из-за нападения фамильяра застрял в дверях.

— Чокко! — ахнула Мэвис. — Нельзя писать на людей!

Застрекотав (засмеявшись?), он понесся дальше, а Марон, покрасневший то ли от гнева, то ли от смущения, поклонился нам. Секундой позже из холла раздался грохот и брань Тринадцатого.

— Да я из тебя себе шубу сделаю!

— Пойду-ка я их разнимать, — вздохнула Мэвис. — И прости за этот… конфуз, Марон. У Чокко просто… стресс.

— Скорее недостаток ума, — не сдержался я.

Мэвис наградила меня обиженным взглядом и скрылась из виду.

— Рад тебя видеть, Малакай. Давненько ты к нам не заглядывал.

— И я тебя, Мор, — мы прошли в холл. — Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно, мальчик мой. Смотрю, нога так и не дает тебе покоя. К целителям обращался?

— Тут они мне помочь не могут.

Скоро нас встретил отец, которого едва тоже не сбил с ног Чокко, укравший у Тринадцатого руку.

— Ты не говорила, что твой фамильяр обычное животное, — сказал отец Мэвис.

— Разве он обычный? — улыбнулась она, взглянув на зверя, который забрался на самую высокую статую в холле и махал рукой Тринадцатого у того перед носом.

После короткой теплой встречи Мэвис отправилась к себе, а мы с отцом разместились в его кабинете. Он был в курсе всего, что происходило с Мэвис. Так же я посвящал его в детали расследования.

— Дело так и не сдвинулось с мертвой точки?

— Мы выяснили, что убийства в городе и в академии, во время посвящения, не связаны. Магический след разный.

— А что по последнему делу?