Книга Прошлые жизни Евы, страница 18 – Инесса Мизер

— Ева Дмитриевна, баня готова, пройдемте!

Ева распахнула глаза и запрыгала как ребёнок по комнате.

— Ах баня, баня, баня малиновый ты жар... — Девушка была рада столь неожиданному мероприятию. Две недели она мылась в большом корыте, а воду грела и носила из колодца. А тут целая баня! Так начинаешь ценить элементарные на первый взгляд вещи. Схватив вещи и мыло с мочалкой, Ева вприпрыжку последовала за Мойдодыром.

Представьте себе деревенскую баню, словно перенесенную из древних сказаний. Внутри она окутана теплом и уютом, словно заботливо оберегаемым храмом чистоты и здоровья. Стены из потемневшего от времени дерева хранят в себе множество историй и традиций.

В центре просторного помещения возвышалась массивная печь, украшенная резными узорами. Её красноватые бока излучали мягкое, уютное тепло, наполняющее баню особым очарованием. На стенах висели пучки ароматных трав, придающих воздуху свежесть и целебный аромат.

Полки вдоль стен, сделанные из грубых досок, хранили на себе следы многих поколений. Здесь можно ощутить дух предков, которые мылись и парились в этих самых стенах. В углу стоял большой чан с чистой водой, в котором отражался свет от мерцающих свечей, создавая таинственную атмосферу. На полу были рассыпаны свежие березовые веники. В воздухе витал легкий запах дыма. Баня — не просто место для мытья. Это настоящий оазис спокойствия и гармонии, где душа отдыхает, а тело наполняется здоровьем и силой, впитав в себя дух русской деревни и её многовековые традиции.

Домой Ева пришла обессиленная, но довольная, мурлыкая себе что-то под нос, она не заметила, как в комнате возникла исполинская фигура.

Их взгляды встретились через комнату. Время стало вязким, тягучим. Секунды растягивались, воздух между ними словно наэлектризовался. Она почувствовала, как перехватывает дыхание — не от волнения, нет, просто внезапно кислорода в комнате стало слишком мало. Это было предрешено, неизбежно. Два дыхания слились в одно. Пальцы переплелись, сердца застучали в унисон. В этом мгновении не было прошлого и будущего — только настоящее, здесь, сейчас, только они. Жаркая, тревожная волна поднялась со дна их души, сметая всё, заставляя забыть, где они и что с ними происходит.

Первый луч солнца, тонкий и золотистый, пробивался сквозь густую крону высоких елей. Он касался верхушек деревьев, окрашивая их в тёплый золотой цвет, затем скользил ниже — по стволам, по кустам, по мягкой подстилке из мха и опавших иголок. Туман начинал рассеиваться, будто растворяясь в воздухе. Утром свет падал на скомканные простыни, словно сама комната изменилась за ночь. Или изменились они. Ева ещё не понимала что случилось. Осознание возвращалось медленно, со всеми подробностями ночной феерии.

Ева открыла один глаз, осмотрелась. На столе возвышалась гора оладий, рядом была крынка с мёдом. "Нееет, только не это! Утром заходила Нина, видела нас с Михаилом спящими, вот позорище." Почему то ей не хотелось чтобы эта светлая женщина, подумала о ней плохо.

— Миш, ты спишь?

— Сплю!

— Не притворяйся, я же вижу, что ты проснулся!

— Тебе кажется, это я разговариваю во сне. — Михаил повернулся на другой бок.

Ева встала, и включила радио.

— Нет, пожалуйста, не превышай допустимые доцибелы, Ева! Ещё раннее утро, дай поспать.