Книга 500 лет ожидания, страница 35 – Рина Рофи

Рэн лежал на кровати, положив морду на лапы, и смотрел. За каждым моим движением. Как я бегаю в лифчике и трусах по комнате. Как натягиваю платье. Как крашу ресницы перед зеркалом, высунув язык от усердия. Глаза его не отрывались от меня ни на секунду.

Кольцо — платиновое, с лисьей головой и янтарными глазами — я так и не сняла. Пусть будет. Как знак, что я пишу мангу про лиса. Что это мой талисман.

Супер.

Я подвела губы блеском, поправила локон, ещё раз оглядела себя в зеркале. Хороша. Реально хороша. Давно я такой себя не видела.

Повернулась к кровати, развела руки в стороны.

— Ну что? Нравится?

Лис поднял голову. Оглядел меня с головы до ног медленно, придирчиво. Задержал взгляд на кольце. На вырезе платья. На завитых локонах. И фыркнул.

— Что значит «фыр»? Это одобрение или критика?

Он спрыгнул с кровати, подошёл ко мне. Обошёл вокруг. Остановился. Посмотрел снизу вверх. И снова фыркнул на этот раз тише, мягче, почти довольно.

— Ладно, — я улыбнулась. — Засчитаем как комплимент. Веди себя хорошо, пока я буду на встрече выпускников. Никого не кусать, ничего не ронять. Понял?

Он зевнул и вернулся на кровать, всем видом показывая: без тебя тут будет скучно, но так и быть, иди, раз надо.

Я вышла из дома, оставив Рэна дрыхнуть на кровати. Автобус, как назло, опаздывал, так что до школы я добиралась в лёгком волнении — поправляла локоны, проверяла телефон, крутила кольцо на пальце. Платиновая лисья морда грела кожу.

Школа встретила меня праздничным гулом. Триста лет — не шутка. Двор был украшен фонариками и лентами с гербом школы — кисть и лисья голова, наш старый символ творчества и хитрости. Выпускники толпились у входа, обнимались, смеялись, хлопали друг друга по плечам. Кто-то приехал с детьми, кто-то с мужьями и жёнами. Пахло жареным моти, сладкой ватой и весенними цветами.

Харуку я заметила сразу. Она стояла у ворот в ярко-алом платье, которое кричало «я тут!» громче любого фейерверка, и отчаянно махала мне рукой.

— Мэй! Ты выглядишь потрясающе! — она подлетела ко мне, схватила за плечи и покрутила. — Я же говорила, что это платье — бомба! А волосы! А туфли! Мэй, да ты у нас красавица, когда не в толстовке!

— Харука, успокойся. Ты сама выглядишь как звезда дорамы.

— Я и есть звезда дорамы. У меня Хиро есть. Кстати, он тоже придёт позже. Сказал, что хочет посмотреть на мою школу. И на тебя. Я ему уже все уши прожужжала про свою лучшую подругу-мангаку.

— Харука!

— А что? Он должен знать, с кем имеет дело. Слушай, — она вдруг понизила голос и схватила меня за локоть, — инвестор скоро прибудет. Все уже на ушах. Семпаи портфолио приготовили, Киёми-семпай вообще целую презентацию сделала, представляешь? А Накамура-семпай где-то мольберт раздобыл. Я боюсь, что они его просто разорвут.

— Инвестора или мольберт?

— Инвестора! Мольберт не жалко.

Мы засмеялись. Харука тараторила без умолку — кто приехал, кто как выглядит, кто с кем разговаривает. Ямамото-семпай действительно приехал из Токио, стоял у художественного крыла с кожаной папкой под мышкой, всё такой же высокий, с тёплой улыбкой. Я хотела подойти поздороваться, но не успела, так как толпа мягко начала двигаться в стороу ворот школы, словно поток реки.

К воротам школы подъехал белый «Мерседес».