Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 89 – Александра Воронцова

— Вечно он трётся, где не надо, — процедил Ренци, не сводя глаз с Дальтиго.

— В общем-то, он был бы вполне милым, если бы не был таким же непробиваемым, как его дядя… — вздохнула я. О том, что мы с Рамисом заключили своеобразный договор, я Дориэну рассказывать не спешила. Мне хватило и того, что эти двое устроили у меня в покоях.

— Милым? — неприязненный взгляд на сей раз достался мне. — У тебя отвратительный вкус, Чаргетто. Если тебя тянет на сладенькие мордашки…

— Меня тянет на знатоков древней магии и хвиссинских рун, — отмахнулась я. — А красивые глаза — это приятный бонус.

— Красивые глаза? Да они же чёрные! — возмутился непонятно с чего Ренци. — Невозможно понять, что в голове у такого человека!

— Тебе бы тоже не помешало немного загадочности, — отбрила я. — Потому что ты, не думая, вываливаешь сразу всё, что у тебя там протухло! Ну что? Идём к Гвидиче?

Рамис как раз отчалил за едой, и у нас появилась возможность побеседовать с Джеммой без него. Надувшийся Дориэн отодвинул опустевшую креманку и поднялся, всей своей фигурой транслируя, как он мной недоволен.

— Если ты не сделаешь лицо попроще, с нами точно разговаривать не будут, — зашипела я на Ренци.

— Я не могу быть простым. Я стараюсь быть загадочным, — в тон мне ответил он.

— Ты переборщил.

Однако когда мы подошли к столику Гвидиче, где она на салфетке чертила какую-то схему, выуженным из причёски карандашом, Дориэн с собой справился, а вот я, наоборот, оробела.

Мало того что я никогда легко с людьми не сходилась, что, в общем-то, было неудивительно, ведь практики у меня было недостаточно, и весь мой круг общения был ограничен всего несколькими людьми. Так передо мной сидел почти целый учёный, допущенный к секретным материалам, если верить словам Дальтиго. Гвидиче было бы простительно даже некоторое высокомерие, и я ждала, что на контакт она пойдёт неохотно.

— Можно? — неуверенно спросила я у кудрявой макушки.

Джемма подняла расфокусированный взгляд на меня, затем перевела его на Ренци, и в её глазах наконец появилось понимание.

— Да, конечно, — вполне приветливо ответила она.

— Я — Франческа Чаргетто, — сразу бросилась я как в омут с головой, опускаясь на соседний от неё стул. Если и Гвидиче посчитает ниже своего достоинства говорить с дочерью презренного преступника, то пусть я узна́ю об этом сразу, — а это…

— Дориэн Ренци, — договорила за меня Джемма. — Я вас помню. Вы были на полигоне.

Меня поразило то, что Гвидиче тогда вообще что-то запомнила. Она же вылитый анекдотический учёный, который, погружаясь в любимое дело, не замечает ничего вокруг. Кроме того, сам ректор, казалось, готов был заслонить от неё весь остальной мир, чтобы она видела только его.

— Нас же не представляли, — удивился Ренци, усевшись рядом со мной и тут же вытянув длинные ноги.

— Силы Небесные! Да Кристиан мне все уши прожужжал вашей парочкой, — улыбнулась Джемма.

— Все уши? — не поверила я.

— Ну конечно. Такое событие. Он надеется оправдать доверие Кассиана, это ведь уникальная возможность: поработать с таким феноменом. Я его прекрасно понимаю. У меня бы и самой руки зачесались. Только вот Кристиан не рассказывает, как именно он собирается возродить легендарную… — Гвидиче начала взахлёб, но с каждым словом речь её становилась всё неувереннее, и, судя по всему, на это повлияли наши с Дориэном широко раскрытые глаза. — Стоп. Вы не знаете?