Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 129 – Александра Воронцова

Он и в самом деле держал меня у себя на коленях, сидя в кресле посреди всего этого бардака.

— Ты меня напугал. Сильно. Я не хотела.

— Я так и понял, — сурово согласился Дориэн, усаживая меня поудобнее и уложив мою голову себе на плечо. — Предлагаю на экзамене тебя просто разозлить или напугать. И ты сразу станешь нормальной и начнешь швыряться фаерболами или чем помощнее.

— Неужели ты думаешь, что до тебя никому не приходила в голову подобная идея? — кисло спросила я и поморщилась, голова опять раскалывалась и подкатывала тошнота. Я теперь, что, всегда буду от малейшего напряжения исчерпывать резерв? — Меня и пугали, и злили. Все без толку. И только тебя я готова убить.

— Всегда знал, что я особенный.

Кажется, желание треснуть Ренци и чем-нибудь посильнее у меня никуда не делось. Впрочем, я могу немного повременить. Прямо сейчас я чувствовала, как он делится со мной силами.

— Ты нес какую-то чушь. Что я не могу быть ей. О ком ты говорил?

— Это не важно, — отмахнулся Дориэн, но я не отставала:

— Знаешь, что это некрасиво? Ты сказал, что та незнакомка была лучше, чем я. Хотя бы скажи, как ее звали.

— Ван. Ванесса.

Когда-то я не выговаривала некоторые буквы и вместо «Фран» говорила «Ван». Естественно, почти все считали, что это сокращенное от Ванессы.

Все-таки мне придется разгадывать секрет Ренци, потому что непостижимым образом он стал и моим.

— И одно ее упоминание погрузило тебя в боевой транс? — нарочито насмешливо спросила я.

Затаив дыхание, ждала ответа.

Я пока вовсе не была уверена, что стоит рассказывать Ренци, что презренная дочь преступника Чаргетто и его обожаемая Ванесса — одно и то же лицо. Честно говоря, сказать очень хотелось, чтобы посмотреть на выражение его физиономии.

Только уж очень остро Дориэн отреагировал.

Еще и упрекнул в каких-то «штучках рода Чаргетто». Меня все больше волновала та часть репутации моей семьи, о которой я и не подозревала. Завтра, пока Ренци будет встречаться со своей проклятой невестой, у меня появится возможность отправить письмо тете. В академии, разумеется, тоже был ящик для магической отправки, однако, я подозревала, что мою почту захотят проверить. Лорд Фаджио непременно не откажет себе в желании засунуть породистый нос не в свое дело.

На мой вопрос Ренци ответил неожиданно тепло:

— Ван была лучшая.

Это было произнесено с искренним восхищением, отчего я внезапно ощутила что-то наподобие укола ревности.

Какая глупость — ревновать к себе же! К невесте же я его не ревновала!

Потому что не с чего. У меня не было никаких чувств к этому наглому снобу, который постоянно распускает руки.

Но то, как он говорил о Ван, заставило меня захотеть, чтобы хоть кто-нибудь так же отозвался обо мне.

Я все еще не могла поверить, что Дориэн — это тот самый синеглазый мальчуган. Такого просто не могло быть. Но, что удивительнее всего, Ренци меня не узнавал. Допустим, я могла не разглядеть друга детства в напарнике. Все-таки он вырос, возмужал, черты лица его переплавились во взрослые. Но я-то почти не изменилась! Разве что волосы потемнели.

Почему-то стало обидно.

Я отстранилась от Дориэна и слезла с его коленей.

— Уже готова продолжить начатое? — с насмешкой в голосе Ренци контрастировала протянутая им рука, чтоб подстраховать, если меня опять подведут силы.