Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 124 – Александра Воронцова

Это уже вовсе не походило на сны. Скорее, забытые воспоминания.

Словно все это произошло в глубоком детстве, а потом осталось задвинутым подальше в памяти вместе с беззаботным временем, когда все было хорошо.

Помню, как эти сны посетили меня впервые. Я тогда сильно вымоталась на занятиях с учителем, даже не дошла своей комнаты. Задремала в беседке, увитой запущенным плющом. Сон был очень реальный, с красочными деталями. Казалось, я чувствовала вкусы, запахи, было трудно поверить, что это всего лишь игры воображения.

Сны преследовали меня несколько недель меня. Я много раз приставала к тете с вопросом про этого мальчика, с которым я играла в детстве, но она только растерянно разводила руками. В поместье никого подходящего под мое описание не было, и в итоге тетя решила, что я просто выдумала себе друга.

Я была уже в том возрасте, когда мне стали запрещать проводить много времени с деревенскими детьми и играть мне было особенно не с кем. Незадолго до этого, папа как раз собирался перевезти нас в город, чтобы у меня было подобающее общество, но случилось то, что случилось, и двери приличных домов перед нами закрылись.

Тетя решила, что таким образом я спасалась от одиночества. «Франческа, детка, я не помню, никакого мальчика», — морщила она лоб. — «Говоришь, у него была жилетка? Деревенская детвора такое не носит». Она приносила мне детские книжки с иллюстрациями, и после долгого разглядывания картинок, я соглашалась, что вот тот герой- сорванец на самом деле похож на мальчика из сна. Да, наверное, я все придумала, соглашалась я.

А теперь мне так не казалось.

— Чаргетто, ты что застыла? — тянул меня за руку Ренци. — Если тебе так нравится в весенней оранжерее, сходим с тобой потом, когда не будет нужды избегать Натори.

— Ты! — очнулась я. — Ты нас подставил! Какого Проклятого ты не рассказал про магсниматель? Ты понимаешь, что ректор в любом случае узнает? Нам не жить!

— Трусиха, — фыркнул Ренци и потащил за собой в своей привычной манере.

— Это не трусость, — не согласилась я. — Я не понимаю бессмысленный риск. Тебе не кажется, что Натори и Фаджио должны узнать?

— Они и узнают, — отмахнулся он. — Два часа роли не сыграют.

— Ты можешь мне объяснить, зачем тебе это?

— А сама ты не догадываешься? Давай, подумаем: что произойдет, как только мы расскажем про магсниматель? Во-первых, у нас его тут же отберут.

— И им не придется тайком искать специалиста, уж у Фаджио наверняка есть человек!

— Верно, но последние, с кем они поделятся, сведениями — будем мы. Уверен, они тут же устроят ловушку. Попытаются выманить владельца.

— Но ведь в этом же и смысл! — не поняла я недовольства Ренци.

— Мне нужно знать, кто это. А будь я на месте Фаджио, я бы не раскрывал карты. Я бы получил магснимки, замаскировал свое вмешательство, позволил бы преступнику вернуть артефакт, а потом бы установил за ним слежку. Тайную. И я не рассчитываю, что ректор или дознаватель поделятся с нами такими деталями операции, как личность подозреваемого.

— Ну и что? Ты сможешь утолить любопытство, когда дело будет раскрыто! В конце концов, я не понимаю, зачем тебе это. Та вылазка Кантоции была направлена против меня, а не тебя. По большому счету, тебя это вообще не касается.