Онлайн книга «Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 2»
|
Я встала. Точнее, попыталась встать… Оперлась ладонями о камень — и тут же с коротким сдавленным воплем отдёрнула руки: раскалённая поверхность обожгла кожу так, словно я сунула ладони в костёр. Скрюченные от боли пальцы, сами собой прижались к груди. Но лежать было хуже. Гораздо хуже. Жар буквально убивал меня — спина не просто горела, мне казалось, что она спеклась с камнем. Боль отупила меня, поэтому тело приняло решение само — упершись кулаками в камень, я рывком вскочила на ноги. Ступни полоснуло огнем и я запрыгала как на углях. Хотя почему как?.. Бросив взгляд вокруг, я не увидела ничего живого. Ни единого намёка на хоть что-то живое… Я стояла посреди мёртвого запертого в глухое кольцо гор плато — огромного, чёрного, изуродованного, словно покрытая струпьями и язвами спина чудовища. Вздымающиеся вокруг меня сквозь дрожащую пелену зноя бесформенные скалы, казалось, были вылеплены из воска — настолько они были оплывшими. Некоторые из них напоминали сгорбленные, скорчившиеся, застывшие в вечной агонии человеческие фигуры. Справа и слева от меня змеились расщелины, из которых, будто дыхание самой преисподней, поднимался удушливый жар, горячий до такой степени, что воздух, соприкасаясь с ним, дрожал и плавился. А из некоторых — и вовсе, словно кровь из рассеченной вены, выплескивалась лава. Густая, размеренно пульсирующая она вздувалась пузырями, которые, лопаясь с мерзким чавканьем, плевались клочьями серного дыма. Повсюду лежали глыбы — обугленные, растрескавшиеся, покрытые белёсыми разводами пепла, словно кости, разбросанные по полю недавно отгремевшей битвы. И всё. И больше ничего… Ничего, кроме мёртвой, выжженной земли. Ничего, кроме жара, марева и тишины, от которой звенело в ушах. Или все же в ушах звенело от невыносимой боли в даже не обожжённых, а по ощущениях, в буквальном смысле, объятых пламенем ступнях? Не знаю, как долго я прыгала — две, пять, десять секунд, вряд ли дольше — пока не ощутила в груди тянущее меня куда-то чувство… Поскольку стоять на месте в любом случае было невозможно, я пошла… Точнее, поскакала, пошкандыбала, похромала, поползла. Сколько я шла — час, два, полдня, два дня? — я опять же не знала. Время для меня словно бы не существовало. Существовали только шаг, вдох, ещё один шаг, ещё один вдох, и снова ещё один шаг, и ещё один вдох… Ещё были подъёмы — бесконечные, изматывающие… Порой приходилось даже карабкаться вверх, цепляясь за острые, обжигающие ладони выступы, сдирая при этом в кровь кожу, лишь для того, чтобы, поднявшись, увидеть перед собой спуск. Такой же бесконечный. Такой же изматывающий… Ещё был раскалённый камень под дымящимися подошвами, которые я давно уже не чувствовала. И солнце — огромное, беспощадно палящее, неподвижно зависшее в зените, как если бы его кто-то гвоздями приколотил к небосводу. Сначала мне показалось, что это ветер. Но это не был ветер — воздух был неподвижен, как стоячая вода в пересохшем пруду. А звук всё же доносился. Тихий, едва уловимый, он мерно накатывал откуда-то из-за края слуха — и отступал, и накатывал снова… Как прибой. Как плеск волн о берег. Плеск волн о берег? Но это же совершенно невозможно! Я остановилась и медленно обвела взглядом горизонт. Всё тот же чёрный камень. Всё те же дышащие серным жаром расщелины. Всё та же мерно пульсирующая в разломах лава. Всё то же глухое и непроницаемое кольцо оплывших скал. Ни щели, ни прохода, ни намёка на то, что за ними вообще существует что-то, кроме такой же мёртвой, выжженной пустыни. И самое главное, всё тот же невыносимый, выжигающий легкие удушливый жар! |